История завода смазочных материалов в Нижнекамске похожа на мыльную оперу: от торжественного открытия с Минтимером Шаймиевым до банкротства и судов с нефтяниками из-за цен на сырье. Теперь эту эпопею завершает СИБУР, который забирает производство у ТАИФа и, видимо, без особого сопротивления последнего. Чистая прибыль ТАИФ-СМ упала до смешных 389 тыс. рублей, а уникальные масла IV группы так и не смогли победить в ценовой войне с продукцией ВИНК. Но СИБУР смотрит глубже: для него это недостающее звено в нефтехимической цепочке и шанс закрыть импорт в стратегических отраслях. Подробности — в материале «БИЗНЕС Online».
СИБУР забирает завод масел у ТАИФа. Для холдинга это недостающее звено в нефтехимической цепочке и шанс закрыть импорт в стратегических отраслях
СИБУР входит в смазки
СИБУР будет производить в Нижнекамске смазочные материалы. Холдинг задействует мощности, которые принадлежат «Нижнекамскнефтехиму», но с 2020 года их арендует АО «ТАИФ-СМ» (бренд Taif Lubricants, на 100% принадлежит АО «ТАИФ» Альберта Шигабутдинова). Как стало известно «БИЗНЕС Online», стороны решили не продлевать договор аренды, так что полное управление производством переходит в руки федеральной компании.
Дочернее общество, на которое «осядет» завод смазочных масел, — бывшее ООО «Полимерхолодтехника», которое с 16 июля носит имя СИБУР-СМ («СИБУР – Смазочные материалы»). Ранее компания занималась продажей полимерных оросителей, ее возглавляет некая Алсу Нуриева. Очевидно, что стоит ожидать назначения нового гендиректора компании (кто это, пока неизвестно), а выбор ООО связан с общей практикой холдинга не плодить лишние юрлица.
После того как ТАИФ через торги выиграл у «Татнефти» завод смазочных материалов (об этой эпопее — позже), он передал «смазочный» комплекс (движимое и недвижимое имущество стоимостью свыше 3 млрд рублей) НКНХ на правах аренды молодому ООО «ТАИФ-СМ», в котором были соучредители, не зависимые от группы. Видимо, чтобы у команды был стимул к развитию, в договор включили пункт о праве выкупа спустя некоторое время.
ТАИФ-СМ на 100% принадлежит АО «ТАИФ» Альберта Шигабутдинова (справа). Гендиректором с января 2025-го стал бывший шеф КОСа и действующий исполнительный директор по нефтепереработке и нефтехимии АО «ТАИФ» Фарид Минигулов (слева)
Это было в 2020 году. А 26 марта 2026-го, судя по данным ФНС, действие договора истекло. За это время старая команда разбежалась и вышла из капитала. Гендиректором в январе 2025-го стал бывший шеф КОСа и действующий исполнительный директор по нефтепереработке и нефтехимии АО «ТАИФ» Фарид Минигулов. Чистая прибыль ТАИФ-СМ рухнула до 389 тыс. рублей. Да и накопился долг перед НКНХ за аренду. Так что без особой драмы ТАИФ решил оставить смазочный бизнес СИБУРу. Что это даст холдингу — разберем далее.
Пока непонятно, будет ли в «сделке» денежная составляющая — якобы условия передачи актива еще обговариваются (для этого договор аренды продлили на несколько месяцев). Возможно, что-то холдинг доплатит за оборудование. Хотя, учитывая долги ТАИФа за аренду, возможен и некий взаимозачет. Предположительно, процесс будет завершен к осени этого года. «БИЗНЕС Online» запросил СИБУР и ТАИФ, но ответа от них не поступило.
СИБУР уже давно проявлял интерес к рынку смазочных материалов. На фоне ухода западных поставщиков холдинг в 2023 году заявлял о готовности предложить отечественным производителям полный спектр недостающего сырья для импортозамещения
«Это настоящий бриллиант. Подарок с небес для СИБУРа»
СИБУРу достанется в управление площадка в Нижнекамске на 3,9 га (производственные мощности занимают 2,7 га), а также R&D-центр с современной лабораторией в Казани. Пиковая мощность завода — 60 тыс. т смазочных материалов (моторные, трансмиссионные и индустриальные масла). Производство готовых смазочных материалов в России оценивается в 1,8 млн т в год, указала гендиректор «НААНС-Медиа» Тамара Сафонова. Следовательно, на ТАИФ-СМ приходится только 3,3% от мощностей в России. Чем такой на первый взгляд малозначительный актив мог приглянуться федеральному гиганту?
Весь «сок» — в базовых маслах. Завод ТАИФа — первый и единственный в России производитель полиальфаолефиновых масел (ПАОМ) IV группы. В отличие от аналогов на минеральной основе (это, например, масла III группы от ТАНЕКО), материалы на базе полностью синтетических масел демонстрируют стабильность при работе на высоких оборотах, выносливость в самых экстремальных условиях и при перепадах температур в широком диапазоне. Завод в Нижнекамске выпускает 10 тыс. т ПАОМ в год, покрывая, по данным наших экспертов, 40% спроса в России (на рынке присутствует импорт из западных стран и КНР).
По классификации Американского института нефти (API) базовые масла подразделяются на пять категорий.
Масла I группы выделяются из сырой нефти — это так называемые минеральные масла. Базовое масло I группы рафинируют с помощью растворителей — самый простой и дешевый процесс очистки. Именно поэтому масло из этой группы является самым дешевым базовым маслом на рынке.
II группа — это минеральные масла, прошедшие процесс гидроочистки.
Базовые масла III группы получают на установке изодепарафинизации базовых масел из непревращенного остатка гидрокрекинга, который представляет собой высокоочищенный газойль, он белого цвета и состоит в основном из парафиновых углеводородов. У него высокая температура застывания, по структуре напоминает вазелин. Характеризуется высоким индексом вязкости (порядка 130 и выше) и низкой температурой застывания — минус 45 градусов и ниже.
Базовые масла IV группы — это полиальфаолефиновые синтетические масла. Они отличаются высокой термостабильностью при работе в оборудовании (например, в двигателях внутреннего сгорания) и имеют очень низкую температуру застывания (ниже минус 60 градусов по Цельсию), потому используются в Арктике и авиации.
К прочим достоинствам синтетических масел можно отнести повышенную стойкость к деформациям сдвига (благодаря однородности структуры), высокую термоокислительную стабильность, т. е. малую склонность к образованию нагаров и лаков (лаками называют откладывающиеся на горячих поверхностях прозрачные, очень прочные, практически ничем не растворимые пленки, состоящие из продуктов окисления), а также небольшие по сравнению с минеральными маслами испаряемость и расход на угар. Кроме того, их ресурс превышает ресурс минеральных в 5 и более раз. Основным фактором, ограничивающим применение синтетических масел, является их высокая стоимость. Они в 3–5 раз дороже минеральных.
V группа базовых масел — это сложные полиэфиры. Они являются очень хорошей добавкой к базовым маслам III и IV групп, повышающей их эксплуатационные характеристики.
Ключевое сырье для ПАОМ — октен-1 и децен-1 — синтезируется на установке НКНХ из этилена. Альфа-олефины направляют на ТАИФ-СМ на олигомеризацию. В присутствии катализатора молекулы «сшиваются» друг с другом, как конструктор, в более крупные молекулы ПАО. Затем эти ПАО-фракции проходят гидрирование, после чего базовое масло поступает в цех блендирования. Там его смешивают с присадками и базовыми маслами других групп для получения готовых смазочных материалов. Часть ПАОМ идет на продажу как самостоятельный продукт.
«Это настоящий бриллиант — маленький завод, но единственный в России. Аналоги можно приобрести только в Китае. Какие-то серьезные синтетические продукты только на ПАО можно сделать», — говорит один из источников на условиях анонимности.
К слову, СИБУР уже давно проявлял интерес к рынку смазочных материалов. На фоне ухода западных поставщиков холдинг в 2023 году заявлял о готовности предложить отечественным производителям полный спектр недостающего сырья для импортозамещения: модификаторы вязкости масел, малеиновый ангидрид, спирты, олигомеры пропилена, ДОТФ, те же линейные альфа-олефины. Еще ранее, в 2022-м, на НКНХ запустили первое в России производство ПАГ-масел. В отрасли их называют «супермаслами» за способность работать в экстремальных условиях (например, в двигателях самолетов). «Готовое предприятие, которое делает ПАОМ, — это подарок с небес для СИБУРа. Такое недостающее звено в цепочке смазочных материалов», — комментирует другой эксперт.
«ПАО — ключевой актив сделки. Для СИБУРа это высокомаржинальный продукт, импортозамещение и возможность встроить ПАО в собственную нефтехимическую цепочку, используя олефиновое сырье. Сделка усиливает СИБУР сразу по двум направлениям: компания получает выход на рынок готовых смазочных материалов и контроль над единственным в России производством ПАО. Завод смазочных масел в свою очередь получает более стабильную сырьевую базу, загрузку мощностей и доступ к сбытовой инфраструктуре СИБУРа», — рассказал «БИЗНЕС Online» директор по стратегии ИК «Финам» Ярослав Кабаков.
Работники возлагают особые надежды на вероятный рост зарплат
«Ждем СИБУР с распростертыми объятиями»
На ТАИФ-СМ работают 255 человек. Коллектив уже уведомили о грядущих переменах. Шоком новость не стала — все были в курсе, что компания арендует завод у НКНХ и срок договора истекает. С прошлого года начали ходить слухи, что производство перехватит СИБУР. «Они же никого не будут выгонять. Кого не оставят — тем сделают другие оферы», — поделился с нами один из работников на условиях анонимности. По нашим данным, основная часть административно-управленческого персонала ТАИФ-СМ «сидит» в Казани (на ул. Вишневского располагается центральный офис компании). Вероятно, кадровые изменения в первую очередь коснутся их, а производственный костяк холдинг (в Нижнекамске) по максимуму сохранит.
Работники, кажется, только и рады новому работодателю. Особые надежды они возлагают на вероятный рост зарплат. Средняя зарплата на ТАИФ-СМ в 2025 году — 126 тыс. рублей. Это больше, чем в среднем по Нижнекамску (105 тыс. рублей), но отстает от доходов сотрудников градообразующих предприятий (150 тыс. рублей).
«Все готовы, все ждем СИБУР с распростертыми объятиями. Могу сказать, что 90 процентов сотрудников не устраивает нынешнее руководство [ТАИФ-СМ]», — отметил другой сотрудник, но не уточнил претензии коллектива.
Еще один работник ТАИФ-СМ конкретизировал, что именно не устраивает людей сейчас. Он признался, что давно хотел работать именно в СИБУРе, воспринимая эту компанию как более современного и заботливого работодателя. «Про зарплату даже как будто банально говорить… Бытовки, душевые, туалеты, КПП — это все сейчас оставляет желать лучшего. Видел фотографии, как работает СИБУР — это мне больше нравится», — высказался собеседник.
В декабре 2003 года завод масел торжественно открыли в присутствии первого президента РТ Минтимера Шаймиева (в центре) и на тот момент гендиректора «Татнефти» Шафагата Тахаутдинова (слева)
Как «Татнефть» и ТАИФ строили и хоронили совместный завод
Как этот бриллиант изначально попал в руки ТАИФа? У завода смазочных масел в Нижнекамске на удивление сложная и полная скандалов история. Идея о старте такого производства, говорят наши эксперты, прямо связана с авиастроительной отраслью в Татарстане. Казанский вертолетный завод и КАПО им. Горбунова остро нуждались в смазках IV и V групп, но в России они не производились. Чтобы не импортировать ценное базовое сырье втридорога, в 1999 году было принято решение наладить собственное производство в Нижнекамске, где имелось все необходимое для успешной реализации.
В 2000 году, когда НКНХ находился под контролем правительства РТ, было создано ООО «Татнефть-Нижнекамскнефтехим-Ойл». «Татнефть» вложила в строительство НЗСМ $37 млн, общая стоимость проекта — $48,89 миллиона. Главная роль нефтехимиков — стабильные поставки альфа-олефинов, которые в стране никто не производил.
В декабре 2003-го (на тот момент акционеры ТАИФа уже вошли в капитал НКНХ) завод торжественно открыли в присутствии первого президента РТ Минтимера Шаймиева и на тот момент премьер-министра Рустама Минниханова. Минтимер Шарипович назвал производство уникальным, ведь базовую основу для товарной продукции будут изготовлять на месте. В то же время другие российские производители закупают ее за рубежом. В связи с этим себестоимость производства масел становится значительно ниже. Поэтому, по словам президента, завод должен «агрессивно занять рынок масел и с ходу стать конкурентоспособным».
Однако президентские ожидания не оправдались. Завод проработал чуть больше года, а в мае 2005-го остановил производство из-за конструктивных ошибок и «полного отсутствия спроса от потребителей». На самом деле все упиралось в разногласия учредителей вокруг цен на сырье. Якобы НКНХ завысил стоимость альфа-олефинов, что сделало нижнекамские моторные масла неконкурентоспособными на рынке. На тот момент гендиректор «Татнефти» Шафагат Тахаутдинов публично потребовал от НКНХ зафиксировать цены до 2008 года «для выхода НЗСМ на безубыточность». Минниханов дипломатично призвал учредителей найти «общую формулу цены».
Но «химии» не случилось. В 2011-м УФНС по РТ подало к ООО «Татнефть-Нижнекамскнефтехим-Ойл» банкротный иск, спустя год общество было признано несостоятельным. Завод даже выставили на торги. НКНХ на каком-то этапе пытался продать свою долю «Татнефти», но без гарантии поставок сырья эта доля просто не имела смысла. Между делом бывшего директор СП Владимира Шамсутдинова (он стоял у истоков создания НЗСМ) признали виновным в сокрытии налогов предприятия на 9,8 млн рублей.
В 2014-м стороны пришли к компромиссу и согласились спасти завод совместными усилиями. ТАИФ дал добро на бесперебойную поставку сырья в течение 10 лет с зафиксированными ценами. Казалось бы, вопрос решен. Но в 2017-м миноритарий НКНХ Ильдар Гайнутдинов обратился в Арбитражный суд РТ с требованием признать договор недействительным. Позже к его требованиям присоединился на тот момент гендиректор НКНХ Азат Бикмурзин. Мол, зафиксированная в договоре цена вдвое ниже рыночной, что фактически приравнивается к принудительному дарению продукции и наносит предприятию убытки.
«Татнефть-НК-Ойл» и структуры «Татнефти» парировали эти обвинения, заявляя, что НКНХ сознательно саботирует поставки, предпочитая экспортировать дефицитное сырье на сторону по еще более низким ценам, нежели поставлять его соседнему заводу. На заводе масел были уверены, что таким образом ТАИФ пытается «задушить» конкурентное российское производство в угоду западным поставщикам, а все претензии к ценам называли лишь уловкой для пересмотра контракта.
Нефтяники построили на ТАНЕКО полностью свое производство базовых масел
В январе 2018 года решением Арбитражного суда РТ мировое соглашение между сторонами было расторгнуто. Предприятие опять вошло в конкурсное производство. В 2019-м многострадальный завод вышел на открытые торги, где за 2,5 млрд победили аффилированные с ТАИФом структуры.
После этой истории нефтяники демонстративно построили на ТАНЕКО полностью свое производство базовых масел, которое не зависит от сырья неуступчивых соседей. Эта история в очередной раз наглядно показала, почему у двух гигантов экономики Татарстана практически нет совместных проектов, как бы их ни старались «поженить». В выигрыше, как это часто бывает, третья сила, в данном случае СИБУР.
Реанимация и «свежая кровь» из ExxonMobil
ТАИФ, «отвоевав» завод синтетических масел у нефтяников, не имел четкого понимания, как распорядиться узкоспециализированным активом, рассказывают источники. Предприятие не вписывалось в общую концепцию группы компаний — это все-таки малотоннажная химия и бизнес больше маркетинговый. Подход совсем не тот, к которому привык «большой» ТАИФ.
Поскольку у группы не было собственных технических и коммерческих экспертов в данной нише, потребовалась помощь со стороны. Поиск доверили юристу ТАИФа Андрею Кузнецову, который занимался корпоративными вопросами еще на стадии покупки завода с торгов. Он вышел на московскую группу специалистов. Это Сергей Карев и Алексей Осипов (судя по страницам в соцсетях, в разное время руководили отделом продаж официального дистрибьютора ExxonMobil в России), а также научный деятель Сергей Агабеков.
Как нам рассказал Агабеков, все началось с технологического аудита предприятия. После оценки потенциала завода команда вышла к руководству ТАИФа с предложением заняться производством смазочных материалов. Владельцы группы согласились отдать операционное управление, а для дополнительной мотивации топ-менеджерам дали 20% в ТАИФ-СМ. Так, Осипова назначили генеральным директором, Карева — первым заместителем гендиректора, Агабекова — заместителем по науке. Они получили по 4% в молодой компании. Еще 8% было у Кузнецова, который стал замом по общим вопросам.
Говоря о реанимации предприятия, Агабеков рассказал, что на момент приемки оборудование было старым, поэтому огромное внимание ТАИФ уделил дооснащению, закупке лабораторного оборудования и исследованиям. «На момент запуска [в 2020 году] это было одно из самых красивых предприятий. Не визуально, я имею в виду красоту соотношения технологий, лабораторий, исследований, персонала», — поделился он.
«Это были самые прикольные годы — когда что-то с нуля строишь. Спасибо ТАИФу, что доверили развитие этого завода. Мы же могли работать, как все остальные, на обычных нефтяных заводах, а нам выпала возможность трудиться на уникальном предприятии. Была поставлена цель запустить единственное в России производство синтетических масел с температурой застывания до минус 70 градусов. Она достигнута. На сегодня ТАИФ-СМ — один из самых крупных поставщиков синтетических смазочных материалов на рынке России», — указал наш собеседник.
В октябре 2025 года 100-процентным собственником ТАИФ-СМ стал ТАИФ. Вероятно, именно в то время и было принято принципиальное решение, что группа не будет развивать актив и отдаст бразды правления СИБУРу
«Сырье дорожает, а продать дороже вы не можете»
По разным причинам топ-менеджеры, стоявшие у истоков ТАИФ-СМ, покинули компанию и стали развивать собственные проекты в сфере смазочных материалов. Решением совета директоров 3 октября 2025 года все физлица вышли из капитала общества, 100-процентным собственником стал ТАИФ. Вероятно, именно в то время и было принято принципиальное решение, что группа не будет развивать актив и отдаст бразды правления СИБУРу.
Финансовые результаты компании можно назвать провальными. При росте выручки с 2023 по 2025 год на 16% (до 2,9 млрд рублей) чистая прибыль ТАИФ-СМ просела на 100% до 389 тыс. рублей. «С начала [2025] года у нас было довольно сильное падение потребления смазочных материалов в целом по стране из-за различных аспектов, прежде всего связанных с инфраструктурными проблемами. То есть снизились грузоперевозки, уменьшилось потребление, соответственно, смазочных материалов. На падающем рынке мы смогли удержаться, сумели удержать объем продаж», — объяснял Минигулов в интервью корпоративному изданию ТАИФа в прошлом году.
Агабеков связал снижение финансовых показателей с общими экономическими тенденциями и кризисными явлениями. «Сырье дорожает, а продать дороже вы не можете. Производство растет, предприятие тоже, но сам рынок уменьшается. В конкурентной среде вы вынуждены бороться по цене, и это снижает эффективность бизнеса», — предположил Агабеков. По его словам, синтетические масла используются в промышленных сегментах — металлообработке, лесозаготовке, на промыслах с длительными интервалами замены, которые сейчас переживают не лучшие времена.
Несмотря на уникальность продукта, Taif Lubricants так и не смог занять существенной доли на конечном рынке. Эксперты сходятся во мнении, что ключевой проблемой стала жесткая конкуренция со стороны вертикально интегрированных нефтяных компаний, обладающих несравнимо бо́льшими бюджетами на продвижение. На фоне гигантов вроде «Лукойла», «Роснефти» и «Газпромнефти» у проекта попросту не было ресурсов (да и мощностей) для агрессивного маркетинга, который позволил бы вывести новый бренд на массовый рынок. Ситуацию усугубляла высокая себестоимость синтетических масел, которые заведомо не могли конкурировать по цене с дешевыми нефтяными аналогами. Так что, хоть продукт и качественный, рыночная конъюнктура и недостаток рекламной активности не позволили проекту стать коммерчески успешным в моторном сегменте.
«С начала 2026 года цены на базовые масла и смазочные материалы выросли в среднем на 8–15 процентов, а на отдельные синтетические масла — до 20 процентов. Драйверы — подорожание нефти, логистики, импортных присадок и ослабление рубля в отдельные периоды»
Жесткий дефицит на рынке масел
Именно сейчас на глобальном рынке сложился колоссальный дефицит базовых масел и спрос на них кратно превышает предложение. По словам экспертов, западные производители один за другим перестраивают свои мощности под производство биотоплива, сворачивая классические линии по выпуску базовых масел I–III групп. На этом фоне добавились логистические проблемы из-за ситуации в Ормузском проливе, перебои с поставками компонентов и общий рост цен на сырье. Свою лепту внесли инциденты на объектах ТЭК по всей России. «В июле 2026 года два маслоблока было выведено из эксплуатации для проведения плановых ремонтных работ, что привело к временному дефициту смазочных материалов», — указала Сафонова из «НААНС-Медиа».
Рынок базовых масел и смазочных материалов напряжен: дефицит сохраняется прежде всего в премиальных синтетических компонентах (ПАО) и базовых маслах III–IV групп. Причины — уход западных поставщиков после 2022 года, ограничения на импорт присадок и синтетических компонентов, рост спроса на отечественные масла и нехватка собственных мощностей, подтвердил директор по стратегии ИК «Финам» Кабаков.
«С начала 2026 года цены на базовые масла и смазочные материалы выросли в среднем на 8–15 процентов, а на отдельные синтетические масла — до 20 процентов. Драйверы — подорожание нефти, логистики, импортных присадок и ослабление рубля в отдельные периоды», — добавил эксперт.
***
Эксперты сходятся в одном: главная задача для СИБУРа — не дать уникальному производству остановиться. «Холдингу надо просто поднапрячься, взять все в свои руки и начать масштабировать завод, ставить на поток. Вложения долгие, прибыльность весьма эфемерная. Но в этом есть политическая и репутационная составляющая», — резюмировал один из собеседников.
Комментарии 87
Редакция оставляет за собой право отказать в публикации вашего комментария.
Правила модерирования.