Нужно больше золота!

Warcraft 3: Reign of Chaos

Мировые запасы золота у центробанков выросли в I квартале текущего года на 145 тонн — что на две трети выше уровней, имевших место год назад Мировые запасы золота у центробанков выросли в первом квартале текущего года на 145 т, что на две трети выше уровней, имевших место год назад Фото: pixabay.com/ru

ДЛЯ НАЧАЛА СТОИТ ЭКСПЛИЦИТНО РАЗДЕЛИТЬ ДВА ЯВЛЕНИЯ

О золоте говорить, к сожалению, довольно сложно — слишком много того, что уже можно назвать мифами, накручено вокруг 79-го элемента таблицы Менделеева. Вместе с тем не иметь в виду «золотой фактор» при комментировании тех или иных экономических событий тоже неразумно, поскольку он был и остается весьма значимым при принятии решений, особенно политических, на самом верху управленческой пирамиды — и не только в России, но и за рубежом. В любом случае поговорить об этом стоит, тем более что и повод подоспел, но о нем позже.

Итак, о золоте.

Для начала стоит эксплицитно разделить два явления — такую сущность, как золото (тот самый 79-й элемент), и такое понятие, как деньги. Опять же наше сознание привычно ставит здесь, пусть и с некоторыми оговорками, знак равенства — и многовековая практика использования золота в качестве денег дает дополнительные основания этому ощущению. Данного момента мы коснемся чуть ниже, пока же отметим это фундаментальное различение.

Стоит сказать пару слов и о деньгах. Сейчас функционал этой сущности, в общем-то, самоочевиден — на вопрос об этом есть традиционные ответы об абсолютном эквиваленте обмена и о средстве соизмерения самого широкого спектра товаров и услуг. Можно также поговорить о деньгах, рассматривая их как абсолютно ликвидный товар, т. е. товар, в обмен на который всегда можно получить что-либо ценное. Это все понятно и привычно, но куда более интересным представляется вопрос генезиса денег как сущности.

Дело в том, что четкого и однозначного ответа на этот вопрос попросту нет. Очевидно, рассказы о том, что в иные времена в иных местах в качестве денег использовались камни, ракушки и тому подобные предметы, таковым ответом не являются. Конечно же, есть древнейшая (на нынешний момент) монета — треть статира (денежная единица), что была отчеканена из электрума (природный сплав золота и серебра) в древней Лидии (государство на территории нынешней Турции) ориентировочно в VI–VIII веках до н. э. Увы, ее наличие у археологов и историков не позволяет прояснить фактический процесс внедрения денег в жизнь людей. Особо отметим, что государства существовали и до Лидии и от них монет не осталось, но это не означает, что жители их деньгами не пользовались.

НА ПОМОЩЬ ПРИХОДИТ ЧЕЛОВЕЧЕСКОЕ УМЕНИЕ МОДЕЛИРОВАТЬ И СТРОИТЬ ГИПОТЕЗЫ

Здесь на помощь приходит человеческое умение моделировать и строить гипотезы. Мы в НИЦ «Неокономика» считаем, что самые первые деньги являли собой своего рода складские записки, которые выдавались государством (стационарным бандитом) и свидетельствовали о праве получить на некотором казенном складе (с военной добычей и данью) строго определенное товарное довольствие. Следующий шаг гипотезы: получивший «монету» идет не на склад (может быть, до него далеко, а времени мало), а предлагает ее кому-либо другому в обмен на нечто, чтобы этот другой мог получить на складе то самое фиксированное количество того или иного товара. Таких деятелей много, «монеты» идут в народ, народ периодически наведывается на склад за обеспечением; предположим, что оно есть, если на этом этапе его вдруг нет, то вся система моментально рушится, до следующего стационарного бандита. Этим людям между собой есть о чем поговорить, желательно за кружечкой чего-нибудь вкусного, возле склада формируется рынок (именно как место обмена)… в общем, довольно оперативно изначально вполне утилитарные расписки превращаются в те самые деньги, обладающие вышеперечисленными функциями.

Вопрос, почему золото стало основным сырьем для такой «складской расписки», также следует рассматривать шире: почему металлы? Действительно, здесь можно вспомнить те же древнегреческие медные монеты (с химической точки зрения они делались из сплава меди и олова, т. е. были бронзовыми). Думается, ответ здесь лежит в плоскости «по совокупности параметров»: компактность, делимость, относительная редкость (что дает монете еще и имманентную ценность — как диковинке), долговечность. Немаловажную роль здесь сыграла и возможность обрабатывать металлы, подвергать их чеканке, отображать на них героический профиль очередного властителя. Вероятно, редкость золота повлияла на его использование в качестве материала для культовых предметов, что на следующем шаге развития человеческой цивилизации отразилось уже на деньгах.

В общем, металлы оказались удобными для этих целей, кроме того, ни золото, ни серебро не годились в военное дело — и в итоге на без малого 30 веков золотые и серебряные монетки стали важнейшей частью товарно-денежного обмена в масштабе всей Ойкумены. С определенными издержками, понятное дело, в основном фискального толка — государства предпочитали получать налоги в своей монете, что, в свою очередь, привело к появлению института менял.

ДОСТАТОЧНО ВСПОМНИТЬ ЗОЛОТОЙ АПОФЕОЗ

На этом моменте следует слегка остановиться и дать два важных суждения.

Во-первых, если поначалу наличие склада (того самого товарного обеспечения) является определяющим фактором, без которого все это никак не будет работать, то в дальнейшем, с развитием рынка, потребность в нем сходит в ноль. Действительно, где нынче лидийские склады, да и сама Лидия, все это покрыто песками истории — но даже сейчас человек, имея на руках ту самую лидийскую монету в треть статира, может поменять ее на нечто весьма ценное для себя.

Во-вторых, есть представление, что деньги в экономике не особо-то и важны, что принципиальное значение имеет именно что обмен товаров и услуг, а деньги так — вуаль над этими потоками. Это неверно; в реальности наличие в системе денег на порядки ускоряет и оптимизирует этот обмен, фактически, это наличие (и достаточность!) и обуславливают само развитие экономической системы, которая в противном случае редуцируется вплоть до довольно унылого бартера с бедным набором товаров и услуг.

Собственно, здесь достаточно вспомнить золотой апофеоз — последнюю четверть XIX века, времена т. н. Великой ценовой депрессии. Это было довольно странное время — потому что, с одной стороны, это был период замечательного прогресса науки и техники, а с другой — время регулярных экономических кризисов, сменявшихся депрессиями и иногда — анемичным ростом. Причина этому была проста — нехватка денег, точнее, физическая нехватка именно что золота, являвшегося тогда деньгами, той самой мерой стоимости. Грубо говоря, рост числа золотых (а иных не было — золотой стандарт,  бумажные деньги того периода, те же американские гринбэки и российские ассигнации массово рассматривались как порождение «реальных денег», т. е. золота) монеток в общемировой экономической системе не успевал за ростом самой этой системы, фактически, имела место перманентная дефляция, со всеми вытекающими последствиями. В битве между валом инноваций, обеспечивающих рост производительности труда и сокращение издержек всех видов, и нехваткой золота для денежного обеспечения победило именно что золото.

Внимательный читатель заметит, что в рассуждениях уже появилась, выражаясь математически, производная. Если поначалу речь шла о гипотетическом складе с товарами как государственном обеспечении денежного обращения, то теперь, в новых (на тот момент) реалиях золотого стандарта — уже золото является обеспечением экспериментальных пока бумажных денег. Да, им потребовалось на это два с половиной века — от первой попытки Джона Ло устроить экономический бум во Франции начала XVIII века (бум получился, т. е. экономика страны действительно находилась в золотых тисках, но закончилось это, в силу нехватки знаний, пирамидой и ее крахом) и до «введения в эксплуатацию» Ямайской валютной системы в 1976 году. В результате была создана нынешняя картина — с плавающими курсами валют и, главное, с полной отвязкой основной мировой валюты — доллара США — от золота. Золотой стандарт был окончательно упразднен, золото же приобрело функции совершенно обычного товара, торгующегося на биржах и имеющего определенное использование в народном хозяйстве — в первую очередь в технике и в ювелирном деле. Деньги же стали эмитироваться мировыми ЦБ quantum satis, это породило свои проблемы, но на них мы сейчас заострять внимание не будем.

ЕСТЬ ВЕКОВЫЕ ТРАДИЦИИ, ЕСТЬ МИФЫ — И ЕСТЬ ПОЛИТИКА

Так оно выглядит в теории. В реальности же мы видим новости о том, что мировые запасы золота у центробанков выросли в первом квартале текущего года на 145 т, что на две трети выше уровней, имевших место год назад. При этом ЦБ РФ стал первым в этой гонке, темпы накопления им золотых запасов оказались максимальными. Подвалы от золота уже трещат, запасы в золоте близки к уровню 20% от общего показателя — и выглядит это (в свете вышесказанного) несколько странновато.

Вообще говоря, накапливать золото как резерв и обеспечение чисто с экономической точки зрения есть нонсенс. Если брать за аналогию российскую деноминацию 1996 года, то получится, что ЦБ, осуществив ее (т. е. выдав людям новые деньги сообразно сданным старым), спрятал бы их в подвале и всем бы рассказывал, что они являются обеспечением новых денег. Что забавно, это действительно было бы так — помним про четкую сообразность обмена, но здравый смысл говорит о глупости всей этой затеи. Собственно, так и здесь — хранение золота стоит дорого, его невозможно инвестировать и получать доход, товар этот неликвиден, быстро продать его не получится — цена рухнет, да и сама цена, внезапно, измеряется тоже в долларах.

Но все меняется, если подключить политику. Тут же встают в полный рост противостояние с бездуховным Западом и выход из его активов, мифологемы о распаде мира на валютные зоны и торговля между ними через золото, сказочные истории про оплату золотом ленд-лиза из США; проецирование их на нынешний период может нарисовать в уме картину китайских караванов, за мелкий прайс под покровом ночи доставляющих в Москву все необходимое для продолжения того самого противостояния. Аналогичная картина и у прочих ЦБ: Ирану более некуда деваться, а Китай не хочет лишний раз наращивать свою зависимость от США; кстати говоря, вопрос китайских вложений в американские бумаги наверняка является аргументом в продолжающихся торговых переговорах США и КНР.

А морали у этой истории нет. Есть вековые традиции, есть мифы — и есть политика. На мой взгляд, ничего иного за этой темой не стоит, а в итоге — низкокачественные активы на балансах. Впрочем, хорошо, что это хотя бы золото, а не содержимое того самого изначального эталонного склада.

Мнение автора может не совпадать с позицией редакции