«Прошу тролеров на сей раз отдохнуть. Ни с кем не спорю. Я татарин и по языку, и по самосознанию, но я носитель и защитник русской культуры и языка. Говорю только от своего имени»

«А ВДРУГ ПРОКУРАТУРА И КРИПТОВАЛЮТЫ ОТТЕСНЯТ ОБЫЧНЫЕ УРОКИ ЯЗЫКА И ЛИТЕРАТУРЫ НА ПЕРИФЕРИЮ ОБЩЕСТВЕННОГО БЫТИЯ?»

В последнее время мне часто звонят или пишут смс о делах отнюдь не личных или интимных. Как правило, о государственных и общественных. В частности, о договоре Татарстана с Москвой, об изучении национальных языков. Жалуются на судьбу народа. Как будто я депутат или чиновник с заместителями и секретаршей. Может быть, хожу на совещания на самый верх или могу передать мнение частных лиц? На самом деле я никуда не хожу. Что надо, я и так знаю или узнаю без вопросов к важным лицам. Впрочем, кое-что передать через прессу и интернет могу, что иногда и делаю. Свое частное мнение иногда излагаю в заметках, почему-то иногда называемых блогами. На самом деле я не понимаю, что это такое, и не умею писать блоги. Составленные мною тексты все равно выливаются в аналитический очерк. Раньше таких публицистов и репортеров держали в штате редакции за приличную зарплату. Не знаю, держат ли сейчас. Читают ли такие тексты? Не уверен. Сейчас принято выражаться смачными видеороликами или сенсационными разоблачениями. Нормальные статьи мало кого интересуют. Разве что тех, кому положено по работе. Но они читают не бесплатно, а за зарплату.

Тему своих заметок выбираю сам, главную идею не согласовываю. И не прошу публиковать, не спрашиваю денег за это. Просто пишу, как привык за 51 год работы в журналистике. Возможно, сейчас нельзя писать так или об этом, но что-то людей задевает. Иначе не оставили бы больше 600 комментариев на статью от 28 августа. Комментов может быть и больше в сотни раз. Но и 600 с лишним — очень много. Если есть четыре-пять мнений об одном и том же — достаточно. Нелегко выбрать один вариант из двух-трех. Если правильно не выбрать, может случиться беда, разруха, может вспыхнуть конфликт или гражданская война, чего не хотелось бы. Поэтому и пишу, чтобы не довести народ или власть до греха. Ведь уже было в прошлые времена! Пушкин надеялся увидеть имена друзей «на обломках самовластья», Лермонтов сочувствовал «стране рабов и господ», Некрасов искал живущих благополучно, Зощенко показывал автопортрет современников, Высоцкий пел хриплым голосом сами знаете о чем. И все сбылось, все накопившееся вылилось в поворотные события. История на этом не заканчивается... Может, не перевелись поэты с общественным темпераментом (неужели один Дмитрий Быков)? Но и журналисты вправе ткнуть пальцем на очевидное своей житейской прозой, что я и делаю сейчас.

Конечно, сейчас времена другие. Есть город Иннополис с населением в 100 жителей. Но сюда со всего мира приезжают. А в селе Шали под Казанью живут 3 тыс. человек. Тоже приезжают из разных мест — в основном родня. И они не ломают голову над блокчейном, не спорят о стоимости биткоинов, о транзакциях, смартконтрактах. Не в курсе они насчет «этнолингвистического конфликта», которого у нас никогда не было. Просто люди разговаривали на том языке, какой знали, и в быту вприглядку привыкали общаться на любом языке, старались выбирать наречие собеседника из уважения к соседям, поэтому татары знали русский, чувашский, а чуваши легко переходили на татарский.

На моей родине в Бижбулякском районе Республики Башкортостан и в соседних селах, особенно в райцентре, у татар был «знакум» — знакомый русский или чуваш с пониманием татарского. Поэтому на свадьбах, собраниях обходились без переводчика, не бойкотировался какой-либо из языков. Не знаю, как сейчас. Неплохо было бы надзорным органам изучить такую практику овладения языками без учителей. Это называется языковой средой. Может быть, придется откатиться в такой «запасной» окоп, если будут раздувать «этнолингвистический конфликт» эпохи повальной толерантности? А вдруг прокуратура и криптовалюты оттеснят обычные уроки языка и литературы на периферию общественного бытия?

. «Неплохо было бы надзорным органам изучить такую практику овладения языками без учителей. Это называется языковой средой»

«ТАТАРСТАНСКОЕ ПРОСВЕЩЕНИЕ ОБЪЯСНЯЕТ СВОИ ДЕЙСТВИЯ ПРАВОВЫМИ НОРМАМИ»

Шалинцы стопроцентно знают татарский и русский, а кое-кто еще и иностранный. Им тоже, не сомневаюсь, интересно, когда построят дороги внутри села, какой будет школа и куда пойдут ее выпускники, как сложится жизнь во всем Пестречинском районе, в Татарстане, в Поволжье и в целом в стране. В том числе это касается и языковой ситуации. Да, политический климат обещает менять свои параметры. Вместо стабильного позитива все чаще поступают парадоксальные вести. Кто же думал, что на Татарстан, который тайно мечтает о договоре с органами власти РФ, обрушится (за это мечтание?) шквал информационного вброса? Дискредитация продвинутой и верной Москве республики выглядит как запоздалая месть за что-то. И давление на Владимира Путина, поддерживающего Татарстан... Может быть, это даже критика в его адрес? Вроде не очень разумно накануне президентских выборов чесать там, где чешется намного слабее, чем в сфере зарплат, жилья, в части казнокрадства... Что же это такое? И советскую власть пережили, и перестройку. Кажется, движемся в сторону новых глобальных событий...

Есть военная прокуратура, транспортная, видимо, появится и лингвистическая. Ссылка на поручение президента России по итогам совещания в Йошкар-Оле появилась в сети в виде подозрительной утечки как раз накануне Дня Республики Татарстан, что порождает конспирологические подозрения о подковерной возне или наезде на республику. Ведь никогда такие поручения не имели столь широкого хождения. Они же адресованы конкретным лицам. А событий и поручений по регионам, отраслям очень много, они весьма лихие. Речь идет «всего лишь» о национальных языках как угрозе стране, переживающей стремительную языковую ассимиляцию. 

Что же скажет прокурор? Как решат губернаторы, которым поручено что-то поправить в школах? Они тоже управленцы и политики другого калибра. Методика и программы требуют специальных знаний и опыта. Образовательная система консервативна и обычно работает строго по закону. Вот и татарстанское просвещение объясняет свои действия правовыми нормами. Ведь Конституционный суд России проверял и признал законным порядок обучения языкам! Олимпиады по русскому языку выигрываются, общий балл по русскому языку выше среднероссийского уровня.

 «В НАСТОЯЩЕЕ ВРЕМЯ МЫ ЖИВЕМ В РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ, КОТОРУЮ ХОТЕЛОСЬ БЫ СОДЕРЖАТЬ В НАДЛЕЖАЩЕМ ВИДЕ»

Если кто-то где-то случайно перегнул, тут товарищи поправят, слов нет. Но надо указать факты нарушения. А нежелание учить какой-то предмет — это же совсем другое дело. И астрономию отменяли, сейчас вроде возвращают. А приятно ли учить физику, химию? Да та же русская литература, иностранный язык многим даются с трудом или не даются. Не зря принимаются госпрограммы по поддержке русского языка и стимулированию чтения. И пока не видно резких перемен в сторону улучшения.

И вообще, обучение в школах — сложный труд. Учителя имеют дело с малоуправляемой аудиторией. Родителям известно, что каждый ребенок — целый клубок проблем. Если дать волю, то мало кто оторвется от телевизора, компьютерных игр, переписки по чату, прикольных роликов. Их помыслы, души, формат личности теперь во многом зависят от глобализаций и информационных технологий. Чисто гуманитарные аспекты оттесняются и рыком, и текущей жизнью, и меняющимся миром.

По-моему, не стоит смешивать понятия «обязательный» и «принудительный». Уверен, что генеральный прокурор за отведенные два месяца вместе со своей немаленькой командой разберется с каждой школой и населенным пунктом. Если же таким образом продвигается чья-то партийная инициатива по изменению федеральных законов и даже государственного устройства в будущем, то это совсем другое дело! В настоящее время мы живем в Российской Федерации, которую хотелось бы содержать в надлежащем виде и даже улучшать законными способами. И это нормально. 

Не исключаю, что в каких-либо уголках России могли быть косяки и перегибы. Но за многие годы пригодилось чаще видеть «недогиб». Национальные языки  стремительно оттесняются из-за резкого языкового дисбаланса. Даже союзные республики стали тревожиться за свою самобытность. И это стало дополнительным стимулом для распада Советского Союза. И сейчас страны СНГ, испытывающие неудобства из-за «развода», не хотят расставаться с независимостью. Им нужны гарантии сохранения самобытности. Демократия, реальный, а не декоративный федерализм дают некоторые надежды на это. Этот же принцип дает шансы русскому миру, который сейчас переживает бурное и противоречивое развитие. 

Татарстан тоже входит в этот мир, хотя русское население составляет здесь менее 40%, а татары — более 53%. Дело в том, что большинство татар в РТ и РФ в совершенстве владеют русским языком, а многие говорят и пишут по-русски даже лучше, чем по-татарски. Татары по происхождению делают погоду в прозе, поэзии, печатной, радиотелевизионной и интернет-журналистике, в русской музыкальной и театральной культуре. У значительной части из них хромает родной язык. Они смущенно объясняют, что не было условий, не учились в школе. А сейчас условия есть, а желания и времени нет.

Но их, татар по крови, никто не принуждает и не заставляет учить татарский. Знают только те, кто сам хочет. А те, кто уклоняется, «саботирует», не могут похвастаться двуязычием. Академик Валерий Тишков в этнологическом журнале «Панорама» официально в своей статье, а не в интервью заявил: «Двуязычие татар — их фора и преимущество». Современному человеку надо знать три-четыре языка. Наукой доказана полезность полилингвизма для развития ребенка и сохранения интеллекта пожилого человека. Право на моноязычие — знание одного языка — сомнительное и грустное явление.

. «Пока мы очень плохо объяснили детям и взрослым, зачем нужно знать культуры и языки живущих рядом народов и в чем прелесть толерантности. В этом вся беда»

 «В ЖИЗНИ ПРИГОДИТСЯ, НАМ ВМЕСТЕ РАБОТАТЬ, ЖИТЬ, СВАДЬБЫ И ЮБИЛЕИ СПРАВЛЯТЬ»

Но в нем я бы не отказывал. Есть люди, толком не знающие ни одного языка, не считая матерного. Их все равно не научишь. Система образования делает вид, что учит, а ученики и родители довольствуются липовыми оценками по неродному и родному татарскому языку. Может быть, кого-то лишили аттестата из-за незнания государственного языка РТ?

Наша республика часто шагает не в ногу, но так же часто задает ритм остальным регионам. Неприличный информационный наезд на деятельность заместителя премьера-министра — министра образования и науки Татарстана Энгеля Фаттахова со стороны отдельных казанских СМИ и некоторых татарофобов вызывает у меня чувство неловкости и даже стыда. Нельзя во имя защиты гуманитарных ценностей вызывать у людей низменные чувства. Дети же видят и слышат! Это непедагогично. Было бы правильно чаще показывать и продвигать таких людей, как заместитель исполкома администрации Арского района Любовь Осина, доцент КНИТУ-КАИ Константин Трутнев, педагог Лена Анисимова, и других русских интеллигентов, которые с радостью изучили и пользуются языком своих земляков.

Очень прошу тролеров на сей раз отдохнуть. Ни с кем не спорю. Я татарин и по языку, и по самосознанию, но я носитель и защитник русской культуры и языка. Говорю только от своего имени. Пока никогда не выражали своего одобрительного или негативного отношения к моим публикациям чиновники и власть, за исключением поэта и депутата Разиля Валеева, с которым меня иногда путают.

Гробовое молчание деятелей, ответственных за национальную и языковую политику, понять можно, потому что они в рабочее время, имея ресурсы и рычаги, крутят скрипящее «этнолингвистическое колесо». Результаты реализации многих их программ известны только им самим. А мы, народные эксперты, безвозмездно налегаем на то же колесо. Пока мы очень плохо объяснили детям и взрослым, зачем нужно знать культуры и языки живущих рядом народов и в чем прелесть толерантности. В этом вся беда.

Я не надеюсь и не хочу победить в этом споре. В течение многих лет ведется кампания против изучения языков. И напрасно. Нет и не может быть принуждения в изучении языков, так как без доброй воли язык не выучишь, красивую музыку не сыграешь, не споешь. Принудить можно отдать кошелек, бизнес, вступить, пардон, в связь. А язык осваивается только с теми, кто этого хочет. Поэтому и ведется «этнолигнвистическая подстрекательская кампания», чтобы вызывать и сохранять отвращение к «чужим» этническим ценностям. Не прокуроры, не начальники решают языковую проблему, а добрая воля и воспитанность. Порядочный человек не покажет высокомерного отношения к другим культурам.

Вне зависимости от окончательного вердикта, у меня есть обращение: татары и нетатары по происхождению, изучайте наши языки сами, добровольно. В жизни пригодится, нам вместе работать, жить, свадьбы и юбилеи, новоселья справлять. Просим вас, земляки! А у прокуроров и так дел хватает.

Мнение автора может не совпадать с позицией редакции