Павел Завальный Внедрение госрегулирования цен на топливо, по мнению Павла Завального (слева), не выход, и корректировать нужно именно налоговую политику Фото: duma.gov.ru

«НАС ГРАЖДАНЕ РОССИИ ПРОСТО НЕ ПОЙМУТ, БУДУТ НЕ РАДЫ ТАКОМУ НОВОГОДНЕМУ ПОДАРКУ»

Как подчеркнул председатель комитета Госдумы Павел Завальный, открывая слушания, тема растущих цен на топливо крайне актуальна сегодня. За 8 месяцев этого года темпы роста розничных цен на бензин составили 108,8%, а еще заметнее выросли цены на летнее и зимнее ДТ — 125% и 128,6% соответственно.

«Страна богата нефтью, половину добываемой нефти экспортируем, а бензин дорожает в любой ситуации — когда цены на нефть растут, когда падают», — взялся за объяснения Завальный. Недавний резкий скачок цен на ГСМ, по его словам, был обусловлен преимущественно ростом налоговых ставок акцизов и снижением ставок таможенных пошлин в рамках реализации большого налогового маневра на фоне значительного роста мировых цен на нефть. Теперь все эти предпосылки снова налицо. В январе в очередной раз повышаются акцизы на топливо, увеличивается НДС, при этом снижаются экспортные пошлины. 

Внедрение госрегулирования цен на топливо, по мнению Завального, не выход, и корректировать нужно именно налоговую политику. Однако повышение акцизов уже предопределено, его параметры заложены в принятый бюджет на следующий год. Все дополнительные средства хотят направить в региональные дорожные фонды, на ремонт дорог. Но, к примеру, как верно заметил Завальный, от роста акцизов страдают российские трактористы, которые пашут поля, а по дорогам они не ездят. «Литр солярки дороже литра молока в 2,5 раза. Как им землю пахать?» — возмущался парламентарий. Да и автомобилисты не обрадуются.

«Мы ни в коем случае не должны допустить ситуации, что после Нового года будет рост цен. Нас граждане России просто не поймут, будут не рады такому новогоднему подарку», — отметил глава комитета по энергетике.

Недавний резкий скачок цен на ГСМ был обусловлен преимущественно ростом налоговых ставок акцизов и снижением ставок таможенных пошлин Фото: «БИЗНЕС Online»

«МЫ СЧИТАЕМ, ЧТО ЭТА МЕРА ЭФФЕКТИВНА»

По словам замминистра энергетики России Павла Сорокина, правительство России постоянно держит руку на пульсе топливного рынка. И принимаемые с 1 января следующего года меры помогут сдержать темпы роста цен на ГСМ в пределах инфляции. Но останавливаться подробно о том, что же намерены сделать в правительстве, он не стал. Вместо этого чиновник следующую часть своего доклада посвятил своему видению проблемы.

Рост цен на топливо, по его мнению, обусловлен уникальной ситуацией: слабый рубль при сильной нефти. Например, когда в 2008 году нефть стоила $140 за баррель, курс рубля держался на уровне 25–30 рублей за штуку. Сейчас цены на нефть находятся на уровне $80 за баррель, а курс — на уровне 65 рублей. То есть в рублевом выражении цена нефти сейчас выше, чем на пике мировых котировок, и эта ситуация просто не может не влиять на цены нефтепродуктов.

Поскольку рынок является открытым и нефть — это биржевой товар, то производитель стремится к экспортной альтернативе. Поэтому, когда экспортные цены растут, это ведет и к росту на внутреннем рынке. Так как независимые НПЗ покупают сырье на оптовом рынке, то это приводит к сокращению их маржинальности. А в России сегодня 60–65% от всех АЗС — независимые. Таким образом, рост цен и снижение пошлин — это, по мнению чиновника, не столь важные факторы, как изменение курса рубля.

В сложившихся условиях для выполнения главной задачи по сдерживанию цен на ГСМ в пределах инфляции, правительством и было предложено ввести так называемый демпфер (о нем ниже). «Мы считаем, что эта мера эффективна. Она позволит компенсировать рост акцизов и НДС, и даст поддержку рознице сверх этого. Продолжится работа по увеличению объемов на бирже», — заявил Сорокин. На всякий случай у правительства Дмитрия Медведева также припасены ограничители, к которым не хочется прибегать — только в экстренных случаях. Что это за ограничители, Сорокин не пояснил, но, вероятно, речь идет о введении заградительных пошлин на экспорт нефтепродуктов.

Павел Сорокин Рост цен на топливо, по  мнению Павла Сорокина, обусловлен уникальной ситуацией: слабый рубль при сильной нефти Фото: duma.gov.ru

спасительный демпфер

Директор департамента налоговой и таможенной политики минфина РФ Алексей Сазанов доходчиво объяснил, как будет начисляться загадочный демпфер для НПЗ, который считают спасительным кругом на фоне топливной бури.

Напомним, что демпфирующий механизм — это обратный акциз, который будет компенсировать нефтепереработчикам часть разницы между экспортной и внутренней ценой на топливо. Демпфер будет начисляться НПЗ начиная с 1 января 2019 года. Речь идет, конечно, только о том топливе, которое поставляется на внутренний рынок России.

«Если НПЗ поставит 1 тонну бензина или дизельного топлива на внутренний рынок, он будет получать в среднем 10 тысяч рублей за одну тонну, причем за 10 дней до момента уплаты акциза», — говорит Сазанов.

При этом акциз на дизельное топливо в 2019 году будет составлять 8,5 тыс. рублей на тонну.

«По факту НПЗ будет получать от государства на 1,5 тысячи больше, чем он платит акцизов, а по бензину субсидия составит 80 процентов [от размера акциза]», — объяснял посланник министра финансов России Антона Силуанова.

Сазанов считает, что эти меры полностью компенсируют рост акцизов и в итоге сдержат рост цен на бензин в рознице.

«Это абсолютно беспрецедентный случай. И все спекуляции о том, что из-за того, что у нас увеличится акциз с 1 января, у нас повышается НДС… С экономической точки зрения это просто странно! Если вы за 10 дней до момента уплаты налога получаете деньги от государства, чтобы заплатить этот налог, как в этих условиях говорить, что повышение налога может привести к росту цен?» — недоумевал Сазанов.

Единственное, что вызывает опасение участников слушаний, — не начнутся ли спекуляции на рынке? Не получится ли так, что, покупая у НПЗ бензин (по сниженной за счет демпфера цене), перекупщики не начнут перепродавать его на экспорт? Сошлись на мнении, что для этого должен быть выработан сдерживающий механизм.

«Нас можно критиковать за то, что мы постоянно что-то новое изобретаем, но мы изобретаем, чтобы стабилизировать цены на рынке», — забавно извинялся Сазанов за чрезмерно порой «гибкую» политику минфина. Также он заверил, что демпфер будет существовать при цене нефти более $53–55 за баррель.

«Нас можно критиковать за то, что мы постоянно что-то новое изобретаем, но мы изобретаем, чтобы стабилизировать цены на рынке» Фото: duma.gov.ru

«Ситуация на НПЗ не менее критическая, чем на заправках!»

Советник генерального директора «Газпром нефти» Павел Карчевский, которого представили как «единственного нефтяника, который решился выступить на пленарных слушаниях», в целом согласен с выкладками минфина. Он говорит, что в его компании оцифровали грядущие изменения акцизов и господдержки, и пришли к выводу, что ситуация должна прийти в равновесное положение.

Как стало понятно с его слов, ситуация на НПЗ не менее аховая, чем у заправщиков. «Во всей этой истории мы страдаем больше всех», — начал он, заметив, что у его компании «соотношение добычи и переработки самое низкое среди ВИНКов».

Карчевский объяснил, что в результате роста мировых цен на нефть, падения рубля, введения «бюджетного правила» и прочих причин закупочная цена нефти с комфортных для НПЗ 3,5 тыс. рублей за тонну выросла до 5 тыс. за «бочку».

«Это стало издержками для каждого НПЗ в России», — считает Карчевский. Из-за особенностей законодательства (параллельный рост НДПИ, увеличение акцизов), с каждой поставленной на рынок тонны бензина или ДТ НПЗ начали терять по 3 тысячи рублей. Снижение акциза летом 2018 года на время облегчило участь, однако к концу лета (рост мировых цен на нефть) ситуация вновь откатилась к ситуации, которая была в мае.

«Стало понятно, что снижение акциза — это не правильный инструмент, нужно что-то более гибкое», — считает он.

Далее он продемонстрировал график, на котором была отражена маржа НПЗ от переработки нефти в центральной России.

«Пять из 10 месяцев у нас отрицательная маржа по переработке. Я такое видел один раз, это была территория Украины, там был завод, который был разрушен войной. Его пришлось закрыть, потому что жить с таким графиком маржи невозможно. Да, у нас есть добыча, но есть заводы независимые — есть Антипинский завод, ТАИФ, ТАНЕКО, Орский завод, Хабаровский. Генерировать такой убыток на протяжении длительного времени невозможно. Ситуация на НПЗ не менее критическая, чем на заправках!» — заключил Кричевский.

Заметим, что эти слова шли несколько вразрез со вчерашними сведениями, прозвучавшими на заседании «Татнефтехиминвест-холдинга» о том, что доходы ТАИФа выросли на 64%, причем в основном именно из-за топливного направления. Ведь помимо поставок на внутренний рынок, НПЗ гонят нефтепродукты и на экспорт.

Алексей Кулешов По данным Алексея Кулешова, доля некачественного топлива на рынке сегодня составляет около 9% Фото: duma.gov.ru

«СКАЗОЧНЫЕ ВИДЫ ТОПЛИВА ПРИДУМЫВАЮТ»

Замруководителя Ростандарта Алексей Кулешов остановился на качестве моторного топлива. По его данным, доля некачественного топлива на рынке сегодня составляет около 9%. «Основной источник фальсификации продукции — это нефтебазы, именно там происходит смешение продукции с „хорошими“ документами с продукцией непонятного происхождения. Далее эта продукция поступает в розницу уже с качественными документами, но верить им уже нельзя», — говорит Кулешов.

Раньше за подобные «проказы» наказания были невелики. Средний штраф составлял 50 тыс. рублей — это все равно что «дробина в спину слона», привел он образное сравнение. Сегодня штрафы за «бодяжное» топливо куда более ощутимые — 1% от оборота за предшествующий год, но не менее 500 тыс. рублей, а при повторном нарушении — 3% от оборота, но не менее 3 млн рублей. Средний размер штрафа сегодня составляет 600 тыс. рублей. «Это уже существенная мера, которая заставляет задуматься эти организации», — считает представитель Росстандарта.

Совершенствуются методы контроля за таких подпольными «химиками». Любопытно, что передовой метод был обнаружен в казанском ВНИИР — для контроля и качества моторного топлива там были разработаны экспресс-анализаторы. «Это что-то вроде алкотестера у сотрудника Госавтоинспекции, — просто пояснил Кулешов. — Если есть риск нарушения требования по наиболее рисковым показателям, то проба отвозится в лабораторию, если нет — проверка завершается».

Он пояснил, что, во-первых, теперь не нужно ждать неделю результатов исследований — за это время заправщики успеют распродать всю подозрительную партию, во-вторых, существенно экономит бюджет (стоимость лабораторных исследований на одну АЗС достигает 100 тыс. рублей).

Еще один момент — планируется ввести прямой запрет реализации на АЗС через оборудование, предназначенное для продажи бензина других «официальных» видов топлива.

«Идут на всякие ухищрения. Продают печное, судовое топливо, продают дизельные топливные фракции и другие сказочные виды топлива придумывают. И вроде как это — добросовестные организации и работают законно, потому что они работают не по техрегламенту, не обманывают потребителя, а что мы к ним пристали?» — поделился опытом представитель Росстандарта, добавив, что это не будет касаться заправок сельхозтехники.

Также Кулешов обратил внимание на проблему недолива топлива, мол, «жалуются, что по 10 процентов не доливают», топливно-раздаточное оборудование позволяет недоливать энное количество топлива в бак. Для борьбы с этим злом также планируется введение оборотного штрафа. «Два раза заправился у частников, и оба раза не добрался до Москвы — отказ двигателя. Сейчас заправляюсь только на ВИНКах», — поделился личным опытом Завальный.

Но что интересно: Завальный не стал жечь каленым железом независимых заправщиков. По его мнению, это чересчур высокие цены на оптовом рынке загоняют их в угол. «Мы загоняем их в серую зону. Мы пытаемся работать с ВИНКами, чтобы сдерживать цену в рознице, но они растут в опте. Мы загоняем „независимых“ в убытки, их скоро не будет, останутся только ВИНКи, получится монополизм на рынке, и у нас не будет выбора, где заправиться, — заступился глава комитета за частный бизнес. — Сейчас нет равных условий. У нас нет морального права строго потребовать у „независимых“ высокого качества».

Слушания продолжались еще долгое время. Но, похоже, правительство уже успокоилось и поверило, что принятых мер для регуляции рынка будет вполне достаточно.