«Связующий должен был уверенным в себе, по-хорошему наглым. Дальше уже идут технические моменты и навыки» «Связующий должен был уверенным в себе, по-хорошему наглым. Дальше уже идут технические моменты и навыки» Фото: «БИЗНЕС Online»

Из Александра Бутько должен был получиться мощный хоккейный защитник — он признается, что тренер в Гродно жутко расстроился, когда мама забрала его из секции и волевым решением отправила в волейбольную школу. Уже в 17 лет он пасовал за национальную сборную Беларуси, а затем было еще одно судьбоносное решение — о смене спортивного гражданства и переезде в Россию, где он превратился в топового связующего и помог стране завоевать историческое «золото» Лондона-2012. Помимо этого, 33-летний Бутько — чемпион Европы, обладатель Кубка мира, победитель Мировой лиги и связующий сильнейшего клуба страны. На прошлой неделе стало известно, что он на два года продлил контракт с казанским «Зенитом».

«ГЛАВНОЕ ДЛЯ СВЯЗУЮЩЕГО — НОГИ»

— Александр, знаменитый связующий Ллой Болл как-то рассказывал, что настолько бережет свои чувствительные руки, что в машине всегда ездит в перчатках.

— Я считаю, что для связующего, которому в детстве уже поставили правильную технику передачи, главное не руки, а ноги. Если ты неправильно выходишь под мяч, качество передачи будет страдать. Поэтому тяжело играть, когда есть проблемы с ногами. Тем более во время игры тебе никто не будет набрасывать мячи, как на тренировке, — приходится очень много бегать. Физически нужно быть готовым и к 5 партиям, и даже к 6, как у нас было с «Гданьском». В принципе, сил хватило. Усталость больше сказывалась на подаче.

— Какое качество — самое важное для связующего?

— По моему убеждению — стрессоустойчивость. Психологическая готовность к стрессу, умение с ним справляться. Иногда видишь талантливых ребят даже в командах-середняках. Думаешь, почему он не играет в топ-клубе — классно же пасует! А потом общаешься с ребятами и узнаешь, что характер у парня слабенький. Хорошо пасовать умеют многие, а вот делать это в каком-нибудь финале, когда нет права на ошибку, — далеко не все. Связующий должен был уверенным в себе, по-хорошему наглым. Дальше уже идут технические моменты и навыки.

— Сколько передач сначала нужно отдать, чтобы понять, что у вашего нападающего «горячая» рука и он забьет важный мяч в концовке?

— Можно даже ни одной не дать, но знать, что он сегодня в порядке. Настрой и уверенность можно увидеть через другие элементы. Если у нападающего летит подача, с большой долей вероятности он будет хорош и в атаке.

— Если нападающий ошибается, многие связующие пытаются сразу дать ему шанс исправиться — довольно читаемая ситуация.

— Как показывает статистика, 70–80 процентов хороших связок отдают передачу еще раз, если позволяет прием. Да, это очевидное решение, но пасующему важно вернуть нападающему уверенность. Моя статистика говорит, что я этим пользуюсь реже — повтор не должен быть навязчивой идеей. На другой стороне тоже стоят опытные люди, которые понимают, что ты захочешь дать нападающему исправиться.

— В баскетболе при потере мяча всегда виноват дающий. А в волейболе?

— Обычно, конечно, пасующий, но и нападающий может неправильно выйти под мяч или раньше времени прыгнуть. В любом случае это взаимодействие двух игроков. У меня бывали матчи, когда я дико косячил, но никто в раздевалке не бил (смеется). Обычно садишься с нападающим, разбираешь видео, обсуждаешь, как это исправить.

На самом деле чувство мяча — очень тонкая вещь. В иной день кажется, что ты лучший связующий мира — всё вылетает из рук как надо, ноги бегут, нападающие довольны качественными передачами. Приходишь на следующий день —  с первым темпом не можешь встретиться, краям низко. Это удивительно. Словить это чувство и держать его как можно дольше — настоящий профессионализм.

«Говорят, что хороший вратарь в хоккее — полкоманды. Также можно сказать и про хорошего связующего» «Говорят, что хороший вратарь в хоккее — полкоманды. Так же можно сказать и про хорошего связующего» Фото: Роман Кручинин, zenit-kazan.com

«НЕ СТОИТ ЗАРАНЕЕ ПЛАНИРОВАТЬ ПЕРЕДАЧУ»

— Перед подачей соперника вы уже знаете, кому будете пасовать?

— Нет, я никогда не планирую передачи заранее. Желание отдать пас конкретному волейболисту при любой ситуации — верный путь к ошибке. Ты можешь запланировать одну комбинацию, но прием будет лучше подходить под другую. Все зависит от нескольких факторов, прежде всего от подающего и приема. Очевидно, что если на подаче условный Виктор Полетаев, который ее вваливает, заказывать комбинацию «Взлет» — глупость. А вот комбинация «Зона» позволяет открыть игру с центральным нападающим даже с отведенного мяча. Поэтому примерно все связующие при сильном подающем играют от зоны. Хотя есть, конечно, уникальные связки вроде Лучано де Чекко, которые могут взлет пасовать с 5 метров от сетки.

— То есть у вас только несколько секунд на принятие решения?

— Да, ты видишь качество приема и за доли секунды принимаешь решение по адресату для передачи. Разумеется, держишь в голове и фактор психологического состояния нападающего, катит у него игра или нет. Общая стратегия игры, конечно, продумывается перед матчем и зависит от центральных соперника: кто-то быстрее бежит в края, кто-то — медленнее.

— В хоккее считается, что вратари — особенные люди. Связующие в волейболе — тоже?

— Говорят, что хороший вратарь в хоккее — полкоманды. Также можно сказать и про хорошего связующего. Тем не менее какого-то особого отношения к себе я не чувствую, у нас в раздевалке все равны. Все понимают важность связующего, но особого преклонения перед ним нет (смеется).

— Связующий должен быть хорошим психологом?

— Он однозначно должен знать, как тот или иной игрок чувствует себя в стрессовой ситуации. Не скажу, что я подхожу к ребятам в «Зените» и пытаюсь как-то настраивать их или внушать уверенность. В Казани в этом плане проще — все большие профи и знают, как выбираться из самых сложных и критических ситуаций. Мы не раз отыгрывались с 0:2 по партиям, потому что у парней есть крепкий внутренний стержень. Недавно «Гданьск» нам устроил холодный душ, мы пришли в себя и смогли сыграть рационально.

— Во время матчей связующий чаще всех общается с главным тренером. О чем идет речь?

— Связующий много общается не только с тренером, но и с партнерами, потому что они видят волейбол иначе. Связующий в основном играет боком или спиной к сетке. Остальные ребята действуют лицом к сетке и могут лучше видеть какие-то тактические моменты в игре соперника. Поэтому общение необходимо, а прислушиваться к другим важно.

«Связующий много общается не только с тренером, но и с партнерами, потому что они видят волейбол иначе» «Связующий много общается не только с тренером, но и с партнерами, потому что они видят волейбол иначе» Фото: «БИЗНЕС Online»

«РОССИЙСКИМ СВЯЗУЮЩИМ НЕ ХВАТАЕТ КРЕАТИВА»

— Связующий — это волейбольный творец?

— Не в обиду моим коллегам, но в России связующие — это скорее подыгрывающие нападающим, нежели творцы. Не хочу сказать, что у нас плохие связки. Есть талантливые и хорошие парни — те же Дима Ковалев, Игорь Кобзарь, которые сейчас вызваны в сборную, себя тоже к их числу отношу. Но наша задача — сделать так, чтобы нападающим было удобно. Возможно, это специфика чемпионата. У нас не приветствуется игра на грани риска. А когда смотришь на YouTube игру Кристенсона, Бруно или Де Чекко, реально офигеваешь — они иногда в одиночку разрывают соперника. Или вспомните, как нас уничтожал бразилец Вильям. Это топ-уровень, до которого мы не дотягиваем. Они более креативные и техничные. В России связующие более силовые и, помимо передачи, могут заработать бонусы в других элементах игры: задавить подачей, блоков накинуть, скидками закидать. У каждого свои плюсы.

— Почему российские связующие уступают в креативе?

— Думаю, что причины кроются глубже, чем кажется, — в системе детского волейбола. Когда я начинал играть, в целом была разруха, и еще присутствовал советский дух — все четко, дисциплинированно, минимум импровизации и риска. Была какая-то зажатость. Для связующего это вообще губительно. Креатив нельзя подавлять, наоборот, нужно его всячески поддерживать. Думаю, детские и юношеские тренеры должны позволять связующим играть более раскрепощенно, ведь именно тогда закладывается техника. Игра должна быть в кайф, мышцы должны быть расслаблены. Думаю, следующее поколение связующих уже будет лучше. Сейчас даже у самих парней полно возможностей прокачивать свои умения — можно зайти в YouTube, смотреть, как играют топы. В наше время найти какую-нибудь кассету было проблемой. Информации и статистики стало намного больше: когда я перешел из Новосибирска в Казань был поражен тому, насколько много всего я не знаю. Цифры и видеоразборы очень важны, и этому нужно уделять не меньше внимания, чем тренировкам в зале.

— Вы можете пасовать так же авантюрно, как Де Чекко или Бруно?

— Кидать снизу с 5 метров первому темпу — это не мое. Можно, конечно, пытаться копировать, но ребята скажут: «Братан, заканчивай с этим». В какой-то момент карьеры я решил для себя, что мои приоритеты — быстрый выход под мяч и  качественная передача. Хотя тренировать финты и передачи с показом тоже необходимо. Они же играют так постоянно — срослись и талант, и потрясающая техника, и огромная работа.

— Бруно в «Чивитанове» пасует снизу на первый темп Робертланди Симону.

— Этот тот случай, когда сходятся неординарный связующий и нападающий. Вспомните, как Бруно играет с Лукасом в сборной Бразилии — невероятное взаимопонимание. Ни с кем другим он так не может. Безусловно, от нападающего тоже очень многое зависит. У нас был центральный Андрей Егорчев, с которым я играл в «Искре». Ему можно было пасовать головой, ногой — он все равно забивал. Серьезно говорю. Когда у тебя есть такой человек, ты знаешь, что можешь ему отдать любой мяч — он, если что, исправит. Симон такой же.

— Кто лидирует в вашем списке лучших связующих мира?

— Все-таки Кристенсон, хотя и Бурно очень хорош. Два-три года назад я бы назвал Вильяма, тогда был его пик. Де Чекко, Маруф, Тоньютти — все экстра-класса.

— Иногда кажется, что связующие могут закидать соперника скидками, но редко это делают.

— Если у меня будет идея фикс набрать в атаке 10 очков — я их наберу. Другое дело, что определенное количество мячей мне вернут в нос, что-то соперник поднимет в защите, и в целом я буду выглядеть как клоун. Основная задача — все-таки пасовать. Если есть комфортная ситуация — скину, это легкое очко. Но нужно понимать, что, когда связующий на передней линии, а диагональный на задней, крайний блокирующий соперника всегда смещается ближе ко мне и контролирует скидки.

«ИНОГДА ЛУЧШЕ ПАСОВАТЬ БЕЗ ВСЯКОЙ ЛОГИКИ»

— Когда смотришь обычную статистику матча, можно легко определить эффективность нападающего или надежность принимающего. По какому показателю определить качество игры связующего?

— Общий процент реализации атак, безусловно, один из показателей. Понятно, что нападающий может стучаться в один блок или забивать на тройном, но в целом если эффективность атаки команды ниже 50 процентов, то это считается провальной игрой связующего, у которого сильные нападающие. Но по большому счету статистика действительно в полной мере не отображает игру связующего — многое зависит от его тактических решений и качества передач.

— Главный тренер сборной Австралии Марк Лебедев недавно представил разбор непредсказуемости игры связующих в Лиге наций — 2018 и конкретно связующего сборной Франции Бенджамина Тоньютти. Вы используете такую статистику?

— Да, обязательно разбираем связующих, это давняя схема. Такие вещи заучиваются перед каждым матчем, как таблица умножения. 

В данном случае мы видим, что Тоньютти при выходе из первой зоны чаще играет первый темп или пайп. Блокирующие знают это и начинают заранее смещаться в центр. Но это палка о двух концах — ты можешь выбрать такую стратегию, а связующий начнет чаще отдавать в край, и его нападающий будет атаковать в лучшем случае на одном блоке. В следующий раз блокирующий уже задумывается — продолжать следовать тактике или побежать в край?

— Не взрывается мозг от такого количества информации?

— Конечно, запомнить всё невозможно. Весь матч по цифрам не сыграешь, особенно когда есть секунды на принятие решения. Иногда важнее сыграть без всякой логики. Тем не менее загрузка зон используется. Наш тренер-аналитик после 5–7 игр приносит мне разбор моей игры. Если есть явные перекосы, то их лучше устранить, важна непредсказуемость.

— Можно отпасовать совершенно иначе, чем в прошлой игре?

— Если ты умеешь так делать, то ты великий связующий. В любом случае сейчас основная задача связующих — первый темп и пайп. Это грозное оружие. Все понимают, что нужно привязать блокирующих к центру сетки, еще лучше — если еще и крайних. А дальше уже раскидываешь в края. Конечно, все это зависит от приема. Если соперник вваливает подачу, вся тактика рушится. Задача — успеть добежать и подкинуть, чтобы нападающему было удобно на тройном блоке.

«Всегда хочется быть первым, но высокая конкуренция — благо. Другое дело, что не все готовы делить игровое время» «Всегда хочется быть первым, но высокая конкуренция — благо. Другое дело, что не все готовы делить игровое время» Фото: «БИЗНЕС Online»

«РАД ЗА КОБЗАРЯ — В СВОЕ ВРЕМЯ ОН НЕ ДАВАЛ МНЕ ПРОДОХНУТЬ»

— После проигранных матчей игроки и тренеры нередко говорят: «На тренировке мы выглядели намного лучше — непонятно, что случилось в игре».

— Потому что тренировки и игра — совершенно разные вещи. На тренировке ты спокоен, а в игре ты находишься под стрессом. К тому же ты можешь вяло начать тренировку, но к ее кульминации — игровым упражнениям — уже будешь в порядке. Если ты вяло начнешь игру, то уже проиграешь первый сет.

— В некоторых командах два равноценных связующих, в других есть ярко выраженный первый номер. Какой ваш вариант?

— Безусловно, всегда хочется быть первым, но высокая конкуренция — благо. Другое дело, что не все готовы делить игровое время. Что касается меня, то я получил огромную пользу от конкуренции с Сергеем Гранкиным в сборной России. Мы всегда хорошо ладили вне площадки, но в работе не уступали друг другу — это помогало нам расти. Или взять ситуацию с Игорем Кобзарем. Он не давал мне продохнуть на тренировках, мощно взвинчивал конкуренцию, за что я его очень уважаю. Я искренне рад, что он сейчас делает погоду в «Кузбассе». Во много благодаря ему и Вите Полетаеву команда находится в числе лидеров.

— Сейчас ваш сменщик — молодой и не слишком опытный Лоран Алекно.

— Он прогрессирует, с каждым месяцем становится лучше. Последние матчи провел на очень хорошем уровне. Понятно, что в этих играх он был спокоен и расслаблен. Но мы видели, что он может сыграть и в стрессовых ситуациях. Помните матч с московским «Динамо» в начале сезона, когда я получил травму? Там он, наоборот, сыграл агрессивно, на эмоциях. Каждый выбирает свой вариант настроя — одного рецепта нет.

— Вы выходите на площадку спокойным или агрессивным?

— Мой вариант — агрессия. Не потому, что я агрессивный человек. Просто на данном этапе, когда мне уже 33 года, это дает больше сил моим мышцам. Агрессивный настрой — это несколько процентов к твоим скиллам, как в компьютерных играх. Если выйти спокойным, можно не собраться физически.

— Ваш совет молодым связующим, которые хотят в будущем занять ваше место.

— Многие ребята пишут в соцсетях, задают вопросы. Говорю одно: верить в себя и получать удовольствие от игры. Кайфовать от волейбола каждый день, чтобы потом вспоминать это время как одно из самых ярких в жизни. Я вожу своих дочек на каток и иногда вижу, как родители и тренеры чуть ли не матом орут на 9–10-летних мальчишек-хоккеистов. Все видят в них проекты, будущие денежные мешки, но это не правильно. Это просто дети. Если есть физические данные для волейбола, талант и большое желание тренироваться — наставники должны заметить.

БУТЬКО РАЗБИРАЕТ СВОЮ ИГРУ

Мы попросили Александра проанализировать свою игру в двух запоминающихся концовках нынешнего сезона. Сначала в матче с итальянской «Чивитановой» на клубном чемпионате мира, когда казанцы проиграли тай-брейк, ведя 14:10. Затем — в недавнем матче ¼ финала Лиги чемпионов с «Гданьском», в котором «Зенит» был близок к вылету из турнира, но четырежды отыгрывал матч-болы.

«Зенит-Казань» — «Чивитанова», 5-й сет


10:14

На турнире в Польше у меня были проблемы с ногой, я некомфортно себя чувствовал и испытывал сложности с выходом под мяч, из-за чего страдало качество передачи. В этом эпизоде Мэтт Андерсон отлично принял, я просто не допрыгнул до мяча. Прыжок был на высоту спичечного коробка. Я запорол эпизод.

11:14

Я пересматривал не встречу целиком, а конкретно эту концовку. Мне кажется, я упростил в ней игру. Просто понадеялся, что сейчас сыграем что-нибудь простенькое и спокойно забьем. В этом моменте нужно было усложнить игру, а я повторил Эрвину Нгапету.

12:14

Мне кажется, Алексей Самойленко психологически был не очень готов к этому мячу, не ожидал, что я так сыграю. Заказ был «взлет», мне нужно было играть пайп. Я дал Сэму — чисто моя ошибка, даже по качеству.

13:14

Явная ошибка — пасую спиной к сетке. Из-за боли в ноге я опять не успеваю к мячу и пытаюсь довернуть плечами. В итоге полубоком отдаю Максу Михайлову. Нормальные блокирующие в этот момент уже понимают, что с такого выхода под мяч я уже не отдам первому темпу и не докину в «четверку», поэтому Симон сразу бежит закрывать Макса — довольно откровенная передача.

Безусловно, все мячи можно было бить. Попади кто-нибудь по пальцам, и все — победа. Но мы в какой-то момент уже скатывались с горы, были в психологическом нокдауне, потеряли уверенность. С моей стороны все это были простые передачи на двойной блок в надежде, что кто-то из ребят решит. Я ничего не выдумывал, поэтому начисто проиграл концовку.

17:17

Снова та же проблема — выход под мяч. Просто не успел доковылять до мяча, который спокойно пасовался двумя руками, даже не пришлось бы тянуться. Прием у Нгапета был хороший. Судья? Он ошибся, зафиксировав у меня игру на чужой стороне. В такой момент и в таком матче ему, конечно, стоило взять собственный видеопросмотр. Но глупо винить судью, когда ты до этого пять раз не снялся.

«Зенит-Казань» — «Гданьск», 4-й сет

Теперь более свежие фрагменты игры — из матча с «Гданьском», который состоялся в Казани 19 марта.

24:25

Почему Самойленко? На самом деле Сэм — грозное оружие, когда у него есть время на разбег. Можно открыто пасовать — он обыграет блок, если я попал в темп, высоту и в руку. В этот момент я был в нем уверен. Соперники играли на блоке по передаче, но Сэм уверенно ушел от блока.

25:26

В данном случае тренер говорил отдать Максу, у которого шла игра. Возможно, так и стоило сделать, но я сыграл через Нгапета. Оценивая линию блокирующих поляков, я понимал что слабейшее звено там связующий Козловский. А когда прием пошел ближе ко второй зоне и все чуть-чуть сместились туда, я на автомате отдал в другую сторону на слабого блокирующего. В принципе, по тактике все сделал правильно, но иногда лучше делать все наоборот — Эрвин не забил. К счастью, соперник дал нам еще шансы. Музай мог нас уничтожить, сотворить сенсацию, но два самых важных мяча не реализовал.


26:27

У «Гданьска» сильнейшая связка на блоке Новаковский — Музай, плюс невысокий Шотт в «четыре». Я делаю заказ «Зона», понимая, что напрашивается передача Максу. На повторе мы сейчас видим, что Новаковский «сделал опцию» — заранее решил, кого будет блокировать, бросил Вольвича и побежал в сторону Михайлова. Отдай я Артему, он заколотил бы на чистой сетке — такие эпизоды в этом матче происходили. После приема и определения траектории мяча связующий последний раз бросает взгляд на центрального блокирующего соперника, а затем уже фокусируется на мяче. В этот момент ты уже не видишь, что делает центр, можешь только чувствовать. Именно в эту секунду он может бросить центра и побежать в край — среагировать уже невозможно.

«Зенит-Казань» — «Гданьск», «золотой сет»

14:12

Здесь достаточно простой эпизод. Перед Андерсоном на блоке монстр Музай. Швырять туда и ждать, что Мэтт разберется, — неправильно. Я понимал, что при хорошей доводке надо играть либо пайп, либо отдать Михайлову на слабейшего блокирующего Шотта. Я запомнил по разбору, что Шотт всегда помогает своему центру при «зоне» из-за того что нужно продумывать каждый ход, а Немец до этого был привязан к центру сетки атаками Вольвича. Была благоприятная ситуация, чтобы подключать Михайлова с задней линии. После передачи Шотт побежал на край один — Макс уверенно забил. Волейбол часто называют шахматами с мячом. Я с этим полностью согласен, потому что у нас тоже нужно продумывать каждый ход.