В день Конституции Дмитрий Медведев, а до этого председатель Конституционного суда Валерий Зорькин объявили о возможности точечных изменений в основной закон В День Конституции Дмитрий Медведев, а до этого председатель Конституционного суда Валерий Зорькин объявили о возможности точечных изменений в Основной Закон Фото: ©Екатерина Штукина, РИА «Новости»

ТОЧЕЧНЫЕ ИЗМЕНЕНИЯ ДЛЯ «АКТУАЛИЗАЦИИ СТАТУСА ОРГАНОВ ВЛАСТИ»

Сегодня, в День Конституции, от лица премьер-министра РФ Дмитрия Медведева на сайте правительства была опубликована статья «25 лет Конституции: баланс между свободой и ответственностью». В этом материале Медведев признал, что изменения в Основной Закон могут вноситься только точечные, направленные на «актуализацию статуса органов власти» и развитие прав.

Напомним, буквально два месяца назад с теми же тезисами о «точечных изменениях» выступил в СМИ председатель Конституционного суда РФ Валерий Зорькин. В интервью «Российской газете» он перечислил все недостатки Основного Закона страны. К ним были отнесены «отсутствие должного баланса в системе сдержек и противовесов», «крен в пользу исполнительной ветви власти», а также «недостаточная четкость в распределении полномочий между президентом и правительством, в определении статуса администрации президента и полномочий прокуратуры». Председателя Конституционного суда не устроила также конструкция ст. 12, которая «дает повод к противопоставлению органов местного самоуправления государственной власти, в том числе представительным органам госвласти». Недостатки Конституции, полагал тогда Зорькин, есть и в разграничении предметов ведения и полномочий между Федерацией и субъектами.

Однако все это можно исправить, заметил глава КС, поскольку заложенный в конституционном тексте глубокий правовой смысл «позволяет адаптировать этот текст к меняющимся социально-правовым реалиям в рамках принятой в мировой конституционной практике доктрины „живой Конституции“». По мнению Зорькина, нынешняя модель либеральной представительной демократии, характерная для большинства развитых стран, уже явно не справляется с современными вызовами. «Потому нам необходим поиск новой, более эффективной модели народовластия. С пониманием того, что общего для всех рецепта здесь нет», — заявил он.

Зорькин признал, что РФ еще не выработала такую стратегию развития, которая отвечала бы ожиданиям российского общества и его представлениям о справедливости. При этом глава КС сформулировал общие контуры подобной стратегии так: «Надо соединить присущий российскому народу коллективизм на основе конституционных принципов правового, демократического и социального государства с созданием конкурентной экономической и политической среды».

После интервью Зорькина в Кремле назвали заявления главы КС «личной экспертной точкой зрения» и опровергли информацию о якобы имеющихся у власти планах изменить Конституцию РФ. Однако после столь содержательного спича накануне Зорькин высказался совсем в другом тоне. На заседании в честь 25-летия Совета Федерации он сравнил Конституцию РФ с автомобилем Mercedes последней модели, подчеркнув полноту Основного Закона страны. «Это Mercedes последней марки, потому что там вообще все есть, если присмотреться. Но все зависит от того, кто водитель, какое горючее, какие дороги», — заметил Зорькин.

На заседании в честь 25-летия Совета Федерации Зорькин сравнил Конституцию РФ с автомобилем Mercedes последней модели, подчеркнув полноту основного закона страны На заседании в честь 25-летия Совета Федерации Зорькин сравнил Конституцию РФ с автомобилем Mercedes последней модели, подчеркнув полноту основного закона страны Фото: ©Владимир Федоренко, РИА «Новости»

ЭРА СУДОВ — «ДРАЙВЕРОВ» ПРЕОБРАЗОВАНИЙ НА ПУТИ К «ВОПЛОЩЕНИЮ ИДЕАЛОВ ДЕМОКРАТИЧЕСКОГО ГОСУДАРСТВА»

Впрочем, вернемся к статье Медведева. В первой же главе премьер провозгласил «конституционную доктрину как основу для развития государства». Дмитрий Анатольевич подчеркнул, что Конституция — это не сборник деклараций и благих пожеланий, а акт прямого действия. «Она определяет не только структуру государственной власти и основы правовой системы, но и в целом очерчивает границы вмешательства государства в жизнь общества и каждого отдельного человека, провозглашает и гарантирует свободу личности», — заметил он. Говоря об общем для всех документе, премьер счел нужным подчеркнуть: «Никто из граждан не может возложить ответственность за то, что происходит в стране, на кого-то другого, потому что решение задач политического развития — дело каждого». Через несколько часов похожую мысль в своем Telegram-канале высказала главный редактор Russia Today Маргарита Симоньян. Журналистка спросила у своих читателей, кто ни разу не нарушал Конституцию, и привела массу примеров, которые подталкивают к мысли, что через Основной Закон страны хотя бы раз переступил каждый гражданин России. Так, по Симоньян, сообщения в духе «чиновники/силовики/либералы/нацмены — редиски/воры/вонизстраны/понаехали» разжигают рознь, а просмотры пиратских видео нарушают право интеллектуальной собственности. Конституцию нарушают те, кто уклоняется от службы в армии, получает деньги в конверте, не платит налоги. «Это я к чему? К тому, что начинать надо с себя. А там и государство подтянется», — заключила журналистка.

Идеологией Конституции Медведев называл права и свободы граждан и подчеркнул важнейший итог ее принятия — «возвращение всей государственной и общественной жизни в правовое, конституционное поле, отказ от насилия и конфронтации как способов решения политических проблем».

В пятой главе своего «послания» Медведев объявил начало «эры судов». «На следующем витке должен произойти переход от концентрации на государственном строительстве к развитию свободы человека, поощрению его инициативы, — заметил премьер-министр. — В таком случае именно судебная власть неизбежно станет „драйвером“ тех преобразований, которые позволят продвинуться к воплощению идеалов демократического государства, на которых основана Конституция, мы станем свидетелями „эры судов“. Лаконичный текст Основного Закона сам по себе предполагает особое значение правосудия, в том числе конституционного, возможность развития норм Конституции посредством ее толкования и применения судами».

В своей статье Медведев также возвысил роль Конституционного суда, который обеспечивает «непосредственное действие Конституции». «Именно существование такого органа [КС] позволяет сделать Конституцию реально применяемой, поскольку каждый гражданин, считающий, что его конституционные права были нарушены законом, примененным в его деле, может потребовать оценки конституционности такого закона», — добавил он.

В заключение Дмитрий Анатольевич задумался о будущем потенциале Основного Закона. По его словам, периодически слышны голоса, призывающие решительно изменить текст Конституции или даже принять новый Основной Закон. Премьер заметил, что такие изменения «могут быть обусловлены вызовами времени», а «сама Конституция предусматривает четкий порядок ее корректировки». Но он призвал также не забывать о замысле отцов-основателей Конституции, в основе которого фундаментальные права человека, упорядоченная власть, правосудие. «Все то, что раскрывает предназначение Конституции, — не политика и не идеология» — подчеркнул Медведев, но ниже добавил, что изменения в Конституцию все же могут быть «направлены на актуализацию статуса органов власти, развитие тех или иных прав». Однако они «никогда не должны снижать уровень защиты личности, подрывать основы демократического устройства страны». Медведев припомнил, как ему в должности главы государства довелось представить предложения, направленные на продление срока полномочий президента РФ и Государственной Думы. «Но эти изменения были точечными и не затрагивали права личности», — заметил он.

«Запрос в обществе есть не на изменение формального документа, а на изменение отношения власти к народу»Фото: ©Андрей Стенин, РИА «Новости»

«ВЛАСТЬ БОИТСЯ ЗА СЕБЯ, ХОЧЕТ ЗАФИКСИРОВАТЬ СТАТУС-КВО»

Сегодня в Кремле состоится торжественный прием, на котором будут присутствовать более тысячи почетных гостей. На мероприятии с речью выступит президент РФ Владимир Путин. «В любом случае элита сегодня хочет услышать дальнейшую стратегию транзита власти. Все напряжены», — отмечает Telegram-канал «Незыгарь». «БИЗНЕС Online» обратился к экспертам за комментариями относительно того, чего они ждут от выступления Путина и есть ли у россиян запрос на изменение Конституции.

Максим Шевченко — журналист:

— Запрос в обществе есть не на изменение формального документа, а на изменение отношения власти к народу. Всякий основной документ, который фиксирует эти отношения, является очень важным. Современная Конституция хороша, но она возникла в результате расстрела парламента 1993 года, в ситуации перманентного кризиса, в котором пребывала страна.

Очевидно, что власть сейчас боится за себя, боится за поколебленные позиции тех людей, которые захватили за прошедшие годы богатства народа и хотят их удержать в своих руках. Думаю, что они хотят зафиксировать статус-кво, чтобы, как говорила любовница Сердюкова, богатые были богатыми и их богатству ничего не угрожало, а всем остальным была дана некая видимость того, что они являются обществом.

В частности, они хотят упразднить федерализм. Это понятно, уже давно делаются попытки умаления национальных языков и превращения многонациональной федеративной страны в единое корпоративное пространство с якобы единой русской составляющей, удобную для управления территорию. Это является главным, а все остальное — просто отвлекающий маневр. А иначе как? Как еще могут оцениваться все эти попытки последних лет по устранению суверенитета республик, умалению языков, а это важнейшее конституционное положение. Надеюсь, что у них хватит ума этого не делать. Но пока все ведет к этому.

Реформы готовятся очень серьезные. Кризис всех ветвей власти очевиден. Очевиден кризис исполнительной власти, недоверие к губернаторам, недееспособность парламента, пробуксовка демократических процедур. По всей стране идут протестные политические процессы. Протестные голосования доминируют, а при всем при этом невозможно выстраивать стратегию развития. Они хотят привести ситуацию в некую норму, в некую стратегическую перспективу, поэтому и выступают со стратегическими статьями.

Василий Лихачев — советник, главный научный сотрудник Института государства и права РАН:

— Я думаю, что президент РФ Владимир Путин повторит (и это будет правильно) то, что он говорил в последнее время на встречах с волонтерами, то, что он говорил вчера на заседании совета по правам человека. Можно сказать только одно: президент в своем выступлении усилит социальную составляющую развития российского законодательства, причем законодательства, которое должно касаться реализации тех национальных проектов, инициатором которых он выступил. Очень важна не только содержательная часть этих проектов в области экономики, высоких технологий, межинституциональных отношений, но и необходима совершенная правовая база. Думаю, президент будет призывать законодателей к этой творческой работе по данному вектору.

Алексей Мухин — генеральный директор центра политической информации:

— Я думаю, что те, кто ожидает конкретики в выступлении Владимира Путина, жестко обманутся. На такого рода мероприятиях сообщения о подобных изменениях не делаются. Понятно, что некоторые Telegram-каналы пытаются привлечь к себе внимание, встроившись в повестку дня кремлевских башен, но боюсь, что эти ожидания будут обмануты, а перспективы окажутся описаны достаточно размыто, чтобы оставить для верховной власти возможность маневра. Владимир Путин славится тем, что довольно умело обращается с информацией и не дает четких прогнозов, оставляя себе возможность выбирать лучший путь для него лично и для страны в целом.

«Некоторые изменения в Конституцию вносятся постоянно» Фото: kremlin.ru

«ОБЩЕСТВУ ГЛУБОКО НАПЛЕВАТЬ НА ТО, ЧТО НАПИСАНО В КОНСТИТУЦИИ, ОНО ЗНАЕТ, ЧТО ВЛАСТЬ УСТРОЕНА ПО ПРИНЦИПУ ДОГОВОРЕННОСТЕЙ»

Дмитрий Орешкин — независимый политолог:

— Я думаю, что базовые вещи в этом выступлении вообще не будут затронуты. Просто потому, что у нас одно дело — конституционное право, совсем другое — то, что юристы называют правоприменительной практикой, или бизнес-обыкновениями, то есть сложившимися моделями поведения. И вот эти самые обыкновения так устроены, что с их помощью можно решить практически любую проблему, обойдя если не букву, то дух Конституции. Ну, например, когда по букве более двух сроков подряд нельзя быть президентом, Путин уходит в премьеры, а президентом становится Медведев. Но обыкновения так устроены, что всё равно все слушаются Путина. Вплоть до того, что премьер в это время был, по сути дела, контролирующим лицом для силовиков, хотя вроде бы президент у нас главнокомандующий. Все было так устроено, что силовики оставались под контролем Владимира Владимировича, а Дмитрий Анатольевич был, в общем, фигурой, похожей на Деда Мороза: стоял под елкой и что-то там символизировал. Так что функционально в Конституции ничего менять не требуется. Думаю, Медведев не зря написал, что возможны только какие-то отдельные правки, потому что Конституция в том ее виде, в каком она существует, полностью устраивает правящий класс, гарантируя ему по большому счету свободу рук. Это важно понимать, потому что у нас люди страстно спорят о том, что это Ельцин создал такую авторитарную Конституцию, из-за которой происходит то-то и то-то… Проблема не в этом, а в том, что, какая бы Конституция ни была, структура политических обыкновений, если пользоваться этим термином, авторитарна сама по себе. Кадыров — начальник Чечни не потому, что есть какая-то Конституция, а потому, что это Чечня и это Кадыров.

Если брать Татарстан, то там тоже кристальную модель выстроил господин Шаймиев, рядом — господин Рахимов. А если дальше в Сибирь, то там Аман Тулеев на тех же самых формальных правах строит совершенно другую вертикаль в Кузбассе и Новосибирской области. Правовые слова, написанные в параграфах, совершенно не предопределяют нашу жизнь, она чем-то другим задается.

Существует ли запрос на изменение Конституции в самом обществе? Про это много говорят, но это утверждают теоретики из партии «Яблоко», а на самом деле обществу глубоко наплевать на то, что написано в Конституции, потому что оно знает, как на самом деле устроена власть. Она устроена по принципу договоренностей. Если надо решить какую-то проблему, человек идет не в Конституционный суд, а ищет выход на какого-то большого начальника, чтобы с ним как-то объясниться: иногда — с помощью конверта в руку, а иногда — как-то по другому. Это у нас в политической практике называется «хлопотать», а вовсе не требовать каких-то конституционных норм.

Все ждут, что Путин будет делать с 2024 года. Тут есть несколько вариантов. И мы будем исходить из того, что Путин с руководящего поста уйти не может. При этом самый лобовой и самый маловероятный вариант — пересмотр Конституции, чтобы отменить норму о двух предельных сроках президента. Это самый тупой вариант — переделать Конституцию и остаться несменяемым президентом. Но Путин таким вариантом никогда не воспользуется, потому что это Путин, а Владимир Владимирович никогда не делает того, что от него ждут. Это грубо и ему, кажется, не нужно.

Второй вариант — сыграть еще раз в передачу власти преемнику. Не обязательно Медведеву. Этот человек назначается президентом, а весь объем реальных полномочий уходит к премьеру. И здесь как раз совершено не надо менять Конституцию, потому что не нужно даже переводить страну из президентской формы правления в парламентскую. Просто де-факто, как с 2008 по 2012 год, центр власти переносится из офиса президента в офис премьера. И Владимир Путин, будучи премьером, реализует примерно такие же полномочия, как президент. В Германии ведь есть президент, но он там как раз и выполняет декоративные, представительские функции. Чтобы такую штуку сделать, тоже совершено не надо менять Конституцию. Там вообще ни одной буквы не надо переставлять, потому что деловые обыкновения просты: у кого сила, тот и рулит. Только сила эта главным образом спецслужбы. Поскольку спецслужбы — под Путиным и уж точно не под Медведевым, то все в порядке.

И есть еще третий вариант — создать новое государство. Например Союз России и Беларуси или Союз России и Южной Осетии. Новое государство — новая Конституция, новый президент... все с самого начала. Так что, чтобы понять, как на самом деле мы живем, анализировать надо не Конституцию, а деловые обыкновения.

Анатолий Вассерман — интеллектуал, публицист, политолог:

— Конституцию пишут люди и переписывают тоже люди. Понятно, что в Основной Закон могут вноситься изменения. В частности, Конституция соединенных государств Америки, принятая в 1787 году, получила с тех пор почти три десятка изменений, в том числе изменение об отмене внесенного ранее изменения. Сухой закон был введен одной поправкой в Конституцию, а отменен другой поправкой в ту же самую Конституцию. Так что ничего удивительного в том, что Конституция претерпевает поправки, на мой взгляд, нет. Нужны ли нам поправки вот конкретно сейчас, мне трудно однозначно судить. С моей точки зрения, Конституцию надо менять всю целиком, потому что в ней формально запрещена государственная идеология, а фактически в качестве основ конституционного строя закреплена идеология тоталитарной секты «либералы». Именно тоталитарной секты, потому что она не способна воспринимать реальность и закрывает глаза на все противоречия всех ее верований. Но я не сомневаюсь, что у самих членов этой секты мнение о Конституции совершенно другое. А поскольку это меньшинство в нашей стране подавляющее, оно подавляет всякое инакомыслие. Понятно, что оно не только само настроено против изменения, но и убеждает большинство в том, что менять серьезно ничего не надо, а нужны только мелкие поправки вроде тех, которые предполагает Дмитрий Анатольевич. Боюсь, что в ближайшее время Конституция наша так и останется. Поэтому безопаснее сейчас вообще ничего не менять — до тех пор, пока это меньшинство располагает возможностями подавления большинства, причем не конституционными, а экономическими.

Я не думаю, что прямо сейчас объявят о каких-то серьезных изменениях, поскольку подавляющее меньшинство осознает, что оно все-таки меньшинство и слишком откровенные действия по защите своих интересов могут вызвать ответное противодействие. Некоторые изменения в Конституцию вносятся постоянно. Например, срок полномочий Госдумы и президента был изменен при Медведеве, но не в интересах Дмитрия Анатольевича. Время от времени пересматривается список субъектов Федерации, так что мелкие изменения возможны, а когда дойдет до крупных — даже не берусь гадать.