WWF России открыл дискуссию о том, стоит ли размещать центр по выращиванию и размножению ирбисов на территории Волжско-Камского заповедника Фото: pixabay.com

«В ВОЛЖСКО-КАМСКОМ ЗАПОВЕДНИКЕ ТОЧНО НЕТ НИКАКОГО МЕСТА ДЛЯ ИРБИСОВ»

В преддверии Международного дня снежного барса, 23 октября, всемирный фонд дикой природы (WWF) России открыл дискуссию о том, стоит ли размещать центр по выращиванию и размножению ирбисов (снежных барсов) в селе Атабаево Лаишевского района, на территории Волжско-Камского заповедника. Проект, по данным минэкологии РТ, уже включили в готовящийся федеральный нацпроект «Экология» на 2019–2024 годы — он, правда, еще не утвержден. Планируется, что в течение 6 ближайших лет на весь нацпроект потратят около 4 трлн рублей, из которых 3 трлн рублей — внебюджетные источники. В проектирование центра уже запланировано вложить 10 млн рублей. А буквально на днях мнение WWF о том, что Волжско-Камский заповедник не место для ирбисов, поддержали и ученые РАН.

Быть ли проекту в таких обстоятельствах?

На прошлой неделе, 27 сентября, состоялось и заседание рабочей группы по сохранению снежного барса в министерстве экологии России, где обсуждали проект центра выращивания в Татарстане, а буквально за день до этого в минэкологии РФ директор WWF в России Игорь Честин в кулуарах форума «Сотрудничество для устойчивого развития Арктики» сообщил ТАСС, что изначально программа по разведению ирбисов в Татарстане с дальнейшим переселением их на волю разрабатывалась для реализации на территории Казанского зоопарка и этот вариант WWF поддерживает, но сейчас планы с размещением центра реинтродукции ирбисов сместились в пользу Волжско-Камского заповедника.

«Если зоопарк хочет участвовать в программе разведения диких животных в неволе и это финансировать — это хорошо, мы это поддерживаем. Если это реализуется на особо охраняемой природной территории федерального значения, такой как Волжско-Камский заповедник, где ирбис никогда не жил и не должен жить, то, на наш взгляд, это ошибка», — сказал он. «К сожалению, сейчас получается, что Казанский зоопарк как-то выпал из данной программы, теперь эту программу навязывают Волжско-Камскому заповеднику, что, на наш взгляд, совершенно неверно. В Волжско-Камском заповеднике точно нет никакого места для ирбисов, их там быть не должно», — добавил Честин.

Здесь должно быть описание Игорь Честин: «В Волжско-Камском заповеднике точно нет никакого места для ирбисов, их там быть не должно»
Фото: ©Алексей Куденко, РИА «Новости»

«Снежный барс обитает исключительно в горных районах Центральной Азии. Для него нужен соответствующий климат: сухость, скалы. В Татарстане у вас в принципе нет скал нигде. Возможно, конечно, что-то искусственно создать, но это большие затраты, и смысла нет, — объяснил „БИЗНЕС Online“ старший координатор проектов по сохранению биоразнообразия алтае-саянского отделения всемирного фонда дикой природы Александр Карнаухов. — У вас там абсолютно другой набор копытных. Когда снежный барс станет учиться охотиться на какие-то виды, то изначально это будут несвойственные ему виды. Когда он попадет к себе в угодья, где будет сибирский горный козел, алтайский горный баран, то он просто с ними не справится. Это абсолютно иной подход к охоте, потому что горный район. Отработать это в условиях неволи в принципе невозможно, потому нужны огромные вольеры с настоящими горами, чтобы там подъемы были метров по 100–200».

«В результате что получится? Можно обучить барса охотиться на косулю какую-нибудь, на домашних коз, овец в условиях татарского рельефа, где в лучшем случае холмы и небольшие возвышенности… Но когда мы этого зверя выпустим в горы, где данных видов нет, то он столкнется с настоящими горами, по которым не сумеет ходить, не сможет пользоваться объектами питания. В результате он просто там помрет от голода», — разъясняет Карнаухов.

«Это такой популистский, политический проект. Никакого отношения к реальной жизни по сохранению биоразнообразия он не имеет», — делает вывод эксперт.  По его словам, гораздо логичнее было бы создать в Казани центр изучения ирбиса, хоть в том же Казанском зоопарке. 

«В связи с дискуссией, возникшей о создании центра разведения снежного барса в Республике Татарстан» (это прямая цитата), высказались и ученые Российской академии наук. «Эксперты Института проблем экологии и эволюции имени Северцова РАН не поддерживают создание центра разведения снежного барса в Республике Татарстан и не принимают никакого участия в реализации этого проекта», — однозначно заявил на сайте академии член рабочей группы по снежному барсу, директор Института проблем экологии и эволюции им. Северцова РАН академик Вячеслав Рожнов. «Относительно строительства центра разведения снежного барса в Республике Татарстан эксперты всегда высказывали свое негативное отношение к данной идее. При этом предлагалось создать в Республике Татарстан центр по изучению биологии редких видов кошек, в котором могли бы вести исследования специалисты как из Российской академии наук, так и из республиканской академии наук и других институтов», — приводит свое мнение эколог.

Идеальных условий в Волжско-Камском заповеднике для ирбиса нет (обязательно должна быть каменистая поверхность), но, по словам Горшкова, их вполне реально создатьФото: eco.tatarstan.ru

«БУДУТ ВЫПУСКАТЬ С МЕСТ ИСТОРИЧЕСКОГО АРЕАЛА, ТО ЕСТЬ В САЯНАХ И НА АЛТАЕ»

Отвечая на заявления WWF, минэкологии РТ через свою пресс-службу в ответ на запрос «БИЗНЕС Online» заявило о том, что проект строительства центра разведения снежного барса в РТ, несмотря на прозвучавшую критику, вполне рабочий. Кроме того, в ведомстве пообещали, что опыт исследования восстановления популяций животных самых разнообразных научных сообществ будет использован в полной мере. «При выборе формата планируемого центра, а также методов разведения и реинтродукции снежного барса будет использован опыт как всемирного фонда дикой природы, уполномоченных федеральных ведомств, так и одного из старейших зоопарков страны — Казанского зооботсада, а также Казанского федерального университета. В работе будет учтена и программа „Сохрани своего ирбиса!“, которая была разработана международными экспертами, в том числе специалистами из Республики Алтай, являющейся историческим местом обитания барса», — сообщили нам в минэкологии.

Руководство самого Волжско-Камского заповедника, как выяснил «БИЗНЕС Online», тоже настроено весьма оптимистично. В частности, аргументом в пользу проекта было названо то, что в Татарстане будут разводить малышей — котят барса, а по достижении взрослого возраста их будут выпускать уже в естественную среду обитания. «Во-первых, его и не собираются здесь приживать, потому что барса будут выпускать с мест исторического ареала, то есть в Саянах и на Алтае, — рассказал в беседе с „БИЗНЕС Online“ директор Волжско-Камского государственного природного биосферного заповедника Юрий Горшков. — Во-вторых, и у Академии наук есть свое мнение, наверное, не беспочвенное, у WWF — тоже. Было заседание рабочей группы. Будем его выполнять».

Горшков отмечает, что при разведении ирбиса на территории заповедника обязательно должна быть каменистая поверхность. Хотя идеальных условий в Волжско-Камском заповеднике для ирбиса сейчас нет, по его словам, их вполне реально создать. «Это одно из главных требований, потому что они живут в высокогорье до 5 тысяч метров, на каменистых россыпях, — говорит директор заповедника. — Подушечки их лапок не по нашему мягкому грунту должны набивать определенные мозоли, а в условиях каменистых биотопов. Конечно, это придется преобразовывать, так же как и в центре разведения среднеазиатского леопарда. Там целый город сделали! С горками… Хотя это на Кавказе, где специальные укрытия, вольеры… В общем, все это разработано. У нас нет гор до 5 тысяч метров, надо будет создавать искусственные. Это все будет делаться, чтобы велосипед не изобретать. По этой теме уже и монографии опубликованы. Все это есть».

«В любом случае любое разведение чревато определенными вещами. Вот вроде по среднеазиатскому леопарду все было выверено, это была путинская программа… Однако звери пропадают, не все гладко идет. Это вещь сложная», — заметил он.

Стоимость создания заповедника Горшков не назвал. «Поскольку это федеральная программа, то деньги могут пойти только через федеральные бюджетные учреждения, которым мы и являемся», — уточнил он. 

«Мы комментариев не даем», — сказал директор Казанского зооботсада Фанис Нурмухаметов на просьбу «БИЗНЕС Online» прокомментировать ситуацию вокруг размещения центра разведения снежных барсов. Опыт содержания снежных барсов есть в Казанском зооботсаде: до 2017 года в нем обитало две особи — по кличке Теофани и Тамерлан. Ирбисы были подарены зоопарку в 2005 году первым президентом РТ Минтимером Шаймиевым. Оба животных скончались  в 2017 году.

Николай Дроздов (слева) отметил, что при разведении ирбисов важно не столько соответствие природных условий, сколько ответственность людейФото: eco.tatarstan.ru

«ТАТАРСТАНЦЕВ ВДОХНОВЛЯЕТ И ТО, ЧТО НА ГЕРБЕ ИЗОБРАЖЕН БАРС»

Напомним, что изначально межрегиональный центр по размножению и выращиванию котят снежного барса в Татарстане хотели создать на базе свияжского охотничьего хозяйства в Зеленодольском районе РТ. Это анонсировал в 2017 году министр экологии и природных ресурсов РТ Фарид Абдулганиев. Называлась и сумма возведения — 300 млн рублей. Строительство планировали на 2018 год. Затем от этого варианта отказались, а наиболее предпочтительным посчитали Саралинский участок заповедника в Лаишевском районе. Главными его преимуществами минэкологии назвало удаленность от крупных дорог с интенсивным движением, а также удаленность от крупных населенных пунктов. Конечное решение принимали представители минэкологии РТ, Волжско-Камского заповедника, а также Казанского, Пермского и Московского зоопарков.

А в декабре 2017 года место будущего разведения снежных барсов в селе Атабаево посетил ученый-зоолог, телеведущий Николай Дроздов. Компанию ему составили Абдулганиев и глава Лаишевского района Михаил Афанасьев. Тогда Дроздов назвал татарстанский питомник звеном большой цепочки. «Барсы, кормовая база, заповедники если и находятся в разных местах, это нужно грамотно сочетать. Татарстан включается, потому что здесь сильная научная база», — сказал ученый, добавив, что при разведении животных важно не столько соответствие природных условий, сколько ответственность людей. «Татарстанцев вдохновляет и то, что на гербе изображен барс», — резонно добавил Дроздов.

Теперь Александру Шадрикову (справа) предстоит разбираться с темой разведения барсовФото: «БИЗНЕС Online»

Отметим, что буквально через пару месяцев, в феврале 2018 года, в минэкологии РТ сменился руководитель — им стал Александр Шадриков, которому и предстоит разбираться с темой разведения барсов, анонсированной его предшественником Абдулганиевым.   

 «ТАТАРСТАН — ЭТО НЕ ИСТОРИЧЕСКИЙ АРЕАЛ СНЕЖНОГО БАРСА, ОН НИКОГДА ТАМ НЕ ОБИТАЛ»

Эксперты «БИЗНЕС Online» оценили планы руководства РТ по строительству в республике центра разведения снежных барсов. Одни считают, что Татарстан никогда не был ареалом обитания снежного барса, другие — что в республике мощная зоологическая школа и размещение центра здесь выглядит вполне логично.

Наталья Дронова — координатор проектов по сохранению видов всемирного фонда дикой природы, эксперт рынка экзотических животных:

— Начнем с того, что Татарстан — это не исторический ареал снежного барса, он никогда там не обитал. Речи о выпуске в республике и не идет. Когда планировалась эта программа, ожидалось, что ирбис будет разводиться в РТ, а выпускать его будут на Алтае, где он и живет. Животных никогда не выпускают там, где они никогда не жили. Это уже интродукция (или акклиматизация) и другие риски. Например, выпущенное животное может вытеснить другие объекты, которые на этой территории живут (пример с американской норкой, которая вытеснила европейскую). То есть всегда животное восстанавливают в рамках естественного или исторического ареала, там, где оно есть или было, если исчезло. Татарстан же никогда не был ареалом обитания снежного барса.

Была действительно идея разводить ирбиса в Татарстане, чтобы потом перевозить его на Алтай. Но недавно выяснилось, как сотрудники Института проблем экологии и эволюции РАН, собственно, и установили, что у барса есть всего три подвида. Раньше думали, что есть только один вид, а теперь доказано, что генетически их три. Те животные, которые имеются в настоящее время в неволе и которых планируют брать для разведения, относятся к подвиду, который не обитает у нас на Алтае. То есть, если животное будет взято из разведения и выпущено, это не тот подвид, который обитает. В соответствии с руководством по реинтродукции Международного союза охраны природы этого делать нельзя, чтобы не было никакого смешения подвидов. Вот поэтому и возникают вопросы к разведению в Татарстане.

У Института проблем экологии и эволюции имени Северцова РАН еще возникают вопросы: если животные будут подготовлены и выращены в Татарстане, а потом перевезены на Алтай, то им будет трудно адаптироваться. Возможно, это требует проверки. С одной стороны, описаны случаи, когда животные рождались и готовились к выпуску на одной территории, а выпускались на другой и успешно адаптировались. С другой стороны, это мнение научных сотрудников, которое следует учитывать.

Но один из главных вопросов к программе в том, что нет нужного подвида для разведения и выпуска. Второй момент: в настоящее время для восстановления ирбисов не требуется реитродукции, что отражено в стратегии сохранения снежного барса, утвержденной минприроды России в 2014 году, а необходима охрана территорий, где барс уже есть. Нужно сосредоточиться на сохранении имеющихся особей, их местообитаний и кормовой базы.

Юрий Павлов — начальник отдела биоразнообразия госкомитета РТ по биологическим ресурсам:

— Это просто очень трудноразводимый вид в неволе. Он весьма требователен к условиям, не совсем понятен при разведении по качеству потомства, по допустимости использования данного потомства в работах, связанных с выпуском в природу, и так далее. То есть это очень сложная проблема, которую на себя взял Юрий Александрович [Горшков]. Мы, естественно, тоже участвуем, но как орган скорее коллегиальный.

Насколько я понимаю, сейчас распланирована территория, определен общий облик питомника. Взят за основу питомник по переднеазиатскому леопарду в Сочи, Сочинском национальном парке. В связи с этим, наверное, решается вопрос по деньгам. Тут я пока не готов говорить.

По центру изучения несколько комиссий разбиралось, идет активное обсуждение. Так как это сложная проблема, и как бы у нас пока разбросаны темы по приморскому тигру, по переднеазиатскому леопарду… Какие-то работы ведутся в Туркмении по гепарду — возможно, и у нас начнутся. И вот теперь барс. Создать какой-то методический центр было бы правильным. А учитывая, что в Татарии, несмотря на нашу отдаленность от основных ареалов обитания данных видов, есть мощная зоологическая школа, это вполне выглядит логично. Что по срокам, то они небольшие — в районе года-полутора. Но пока говорить рано.

Татьяна Лядова — заместитель председателя татарстанского отделения всероссийского общества охраны природы:

— Спешить не надо — это не наше животное, это новое животное для нашей природы. Как оно поведет себя? Как оно будет себя чувствовать? Какое влияние наш климат окажет на данное животное? Это все неизвестно. Дело в том, что на территории РТ же вообще не обитают дикие кошки, в Красной книге Татарстана таких животных тоже нет. Может, действительно стоит начать с изучения биологии редких видов кошек?