... Лето 2017 года теперь всегда будут ассоциироваться с «делом Серебренникова», только для разных людей – по-разному
Фото: ©Максим Блинов, РИА «Новости»

 КОНЧИЛОСЬ ЛЕТО. ЭТО

Все теплые дни 2017 года теперь всегда будут ассоциироваться с «делом Серебренникова», только для разных людей – по-разному. Кто-то воспринимает это в установке «суд разберется», кто-то подписывает петиции за освобождение режиссера. Давайте рассмотрим вместе основные тезисы, касающиеся событий этого лета.

ЧТО ТАКОЕ «СЕДЬМАЯ СТУДИЯ» И ЗАЧЕМ ОНА БЫЛА ОРГАНИЗОВАНА?

Автономная некоммерческая организация «Седьмая студия» была создана в июле 2011 года, основной ее целью стало сохранение режиссерско-актерского курса мастерской Кирилла Серебренникова в школе-студии МХАТ при МХТ имени Чехова.

«Седьмая студия» продолжает традицию учебных студий Художественного театра. История студий МХАТ: 1-я студия создана Леопольдом Сулержицким и Константином Станиславским в 1912 году, реорганизована в театр МХАТ 2-й, известна более всего участием в ее работе Михаила Чехова; 2-я студия МХАТ – это рабочая группа артистов Ольги Андровской, Николая Хмелева, Аллы Тарасовой, Михаила Яншина – влилась в МХАТ; 3-я студия – Мансуровская, руководимая Евгением Вахтанговым, на ее базе возник театр имени Вахтангова; 4-я студия, созданная в 20-е годы, была реорганизована в Реалистический театр; следующий этап, 5-я студия, – независимый коллектив, собранный Романом Козаком в 1990 году; 6-я студия – театр артистов американского курса школы-студии МХАТ в 2005 году...

К весне 2011 года студенты курса Серебренникова уже играли много постановок, которые могли остаться в качестве полноценных спектаклей. В марте 2011 года сыграна премьера «Отморозков» по роману Захара Прилепина – эта работа уже была создана как потенциальный профессиональный спектакль. Для того чтобы вести деятельность, необходимо было оформить статус юридического лица. Говорить о том, что АНО была создана с целью хищения бюджетных средств, невозможно, так как в момент реализации идеи никаких разговоров о бюджетном финансировании еще не было. До создания некоммерческой организации вся деятельность по творческим проектам курса Серебренникова, вероятно, велась от имени ИП (индивидуальный предприниматель) Серебренников: как и многие творческие люди в России, Серебренников открыл ИП для процедур заключения контрактов на свою деятельность в качестве режиссера, автора сценариев, художника – с киностудиями, телевизионными компаниями, театрами. Формат некоммерческой организации более отвечал целям и задачам деятельности «Седьмой студии». Учреждение двух организаций одним учредителем никаким образом не противоречит законодательству РФ.

Итак, вернемся в лето 2011 года. Студенты Серебренникова оканчивают третий курс, следующий год для них – последний в обучении. Создан спектакль «Отморозки», в перспективе –  несколько новых проектов, в том числе и в партнерстве с французскими коллегами. С 2008 года Серебренников периодически готовит программы на площадке центра современного искусства «Винзавод», руководитель которого Софья Троценко с осени 2010 года станет деканом продюсерского факультета школы-студии МХАТ.

Успешные культурные проекты (фестиваль «Территория», вечер «Реквием» в МХТ, создание нескольких музыкальных перформансов, работа с современными композиторами и художниками и т. д.) дали возможность Серебренникову разработать программу яркого центра развития современного искусства на базе «Винзавода» и представить ее президенту РФ Дмитрию Медведеву. Проект назывался «Платформа» и опирался на опыт объединения разных видов искусства – музыки, современного танца, драматического театра, визуальных технологий. Программу должны были составлять кураторы разных направлений (танец, музыка, театр и визуальное искусство), базовая исполнительская команда могла быть выпускным курсом Серебренникова школы-студии МХАТ.

Кирилл Серебренников Кирилл Серебренников Фото: ©Рамиль Ситдиков, РИА «Новости»

 «ПЛАТФОРМА» – НАЧАЛО

Так в 2011 году в Москве появилась «Платформа» в центре современного искусства «Винзавод» за Курским вокзалом, с финансированием по прямому поручению президента через министерство культуры. Финансирование проекта было включено отдельной строкой в федеральный бюджет, премьер-министр Владимир Путин подписал постановление о выделении средств и правила предоставления субсидии. Условия и правила финансирования прописывались министерством финансов совместно с министерством культуры и вступали в действие с 1 января 2012 года сроком на три года (текущий год и плановый период). Когда разрабатывали программу, то говорили как минимум о пятилетнем финансировании, финансировании долгосрочном, которое бы давало возможности негосударственной организации осуществлять длительный проект, постепенно создавая конкурентную среду в современном искусстве, наряду с устойчивыми государственными культурными институциями.

Цели и задачи проекта «Платформа», согласно постановлению правительства РФ,  – это «развитие и популяризация современного искусства». Вот для таких целей проект «Платформа» и был придуман, разработан и реализован.

В 2011 году проект был профинансирован министерством культуры на сумму 10 млн рублей по открытому конкурсу как пробный осенний сезон. Открытие проходило в октябре, и за три месяца было сделано: музыкальный вечер «Арии» (концерт-календарь), спектакль «История солдата», который номинировался в следующем году на российскую национальную театральную премию «Золотая маска», музыкально-мультимедийный проект «СОН», несколько спектаклей современного танца, многочисленные музыкальные мероприятия, а также запущен проект «Школа», где состоялись лекции, семинары и дискуссии о современном искусстве. Всего было проведено около 45 мероприятий со зрителем, плюс один долгосрочный медиапроект – четырехчастная инсталляция художницы Газиры Бабели. Дополнительно была оборудована площадка в выставочном зале «Винзавода» для реализации сценических проектов (смонтирована сцена, зрительный зал, световое, видео- и звуковое оборудование).

За последующие сезоны – три года полноценной работы «Платформы» – проект получил субсидии на сумму 206,5 млн рублей (итого финансирование на три с небольшим года составило 216,5 млн рублей). Было создано более 100 новых сценических постановок, заказывались новые произведения современным композиторам, хореографам, драматургам. Менялись кураторы направлений, чтобы менялась вместе с ними и программа, и участники проектов. Были приглашены зарубежные авторы и постановщики. Ежегодно, согласно правилам предоставления субсидии, сдавались отчеты в министерство культуры. Финансовые и творческие. Ни разу за три года министерство не проводило внутренних проверок по расходованию выделяемых средств. АНО «Седьмая студия» стала той самой негосударственной некоммерческой организацией, которая, обладая правами на интеллектуальный продукт – программу «Платформы», – была получателем субсидии начиная с 2012 года.

... Серебренников предложил попробовать изменить Московский драматический театр имени Гоголя, исходные которого были непросты: расположение в переулках за Курским вокзалом, долгое руководство одним режиссером, синдром усталости и покорности судьбе
Фото: ©Владимир Федоренко, РИА «Новости»

«ГОГОЛЬ-ЦЕНТР»

В 2012 году министр культуры правительства Москвы Сергей Александрович Капков встретился с режиссером Серебренниковым и предложил ему подумать о том, какой из театров Москвы ему было бы интересно возглавить, чтобы стать «агентом перемен», тех перемен, которые активно проходили в столице России и целью которых было сделать город удобных и комфортным для максимального количества жителей. В рамках программы были изменены лики парков города и само отношение к публичными пространствам, начиналось реформирование общественного транспорта, внедрение велосипедов как средства передвижения по мегаполису, поддерживались инициативы, обращенные к молодому поколению жителей Москвы.

Серебренников в ответ предложил самый непростой вариант. Среди нескольких театров города, о которых уже давно никто не вспоминал, превратившихся в череду малоузнаваемых, не звучащих нигде названий, он предложил попробовать изменить Московский драматический театр имени Гоголя, исходные которого были непросты: расположение в переулках за Курским вокзалом, долгое руководство одним режиссером, синдром усталости и покорности судьбе. Часть помещений театра долгое время сдавалась в аренду очень известному клубу «Икра», и большинство горожан скорее вспомнило бы название клуба, чем театра. Серебренников хотел попробовать перенести опыт мультижанрового программирования на почву государственной организации и посмотреть, что может получиться. Проверить технологии управления, показавшие состоятельность в негосударственном проекте, в другой системе.

Вместе с Серебренниковым директором в театр им. Гоголя ушел продюсер проекта «Платформа» Алексей Аркадьевич Малобродский. И если Серебренников продолжал курировать художественную программу «Платформы», то Малобродский целиком и полностью занимался делами театра им. Гоголя, который с приходом новых идей и новой команды получил также новый имидж и новое название (неофициальное) – «Гоголь-центр».

В течение первого сезона в «Гоголь-центре» играли спектакли, созданные коллективом «Седьмой студии». Играли спектакли компании «Диалог-данс» из Костромы, коллектива Владимира Панкова Soundrama. Правда, государственная система управления не очень приспособлена к вариантам совмещения в одном пространстве разных компаний, так что в следующие сезоны «Гоголь-центр» создавал уже собственные театральные и музыкальные продукты. Но артисты «Седьмой студии» (бывшие студенты Серебренникова) стали основой для театральных постановок в «Гоголь-центре».

Вот поэтому в прессе часто путают две разные организации – государственное бюджетное учреждение культуры города Москвы «Московский драматический театр имени Гоголя» и АНО «Седьмая студия». Финансирование проекта «Платформа» шло отдельной строкой федерального бюджета через контракт с министерством культуры РФ, учредителем и обеспечителем деятельности «Гоголь-центра» является правительство Москвы (субъекта Федерации) – это разного уровня бюджеты, они не пересекаются и нужно это различать.


Могла ли АНО «Седьмая студия» делать другие проекты, помимо реализации проекта «Платформа»? Безусловно, могла. Могла заниматься разработкой корпоративных поручений, любого рода театральной, концертной, издательской деятельности – любыми видами работ, указанными в учредительных документах. Могла ли АНО «Седьмая студия» оказывать услуги по показу спектаклей для ГБУК (государственное бюджетное учреждение культуры) «Театр им. Гоголя» – могла, с соблюдением формальных процедур и согласования с учредителем (департаментом культуры города Москвы).

ФОРМАЛЬНЫЕ ПРОЦЕДУРЫ

Государственные учреждения культуры в настоящее время зажаты в тиски современного российского бюджетного законодательства. Благодаря ситуации с проектом «Платформа» очень многие проблемы стали публично обсуждаться в обществе и средствах массовой информации, и это единственный позитивный результат этого лета.

Все пытаются разобраться, как работает механизм финансирования организаций культуры, удивляются суммам гонораров руководителей крупнейших театральных и музейных организаций, оставляя вне внимания факты, говорящие о тисках бюджетного законодательства для творческих проектов. Большинство из организаций культуры вынуждены приспосабливаться к требованиям расходования бюджетных средств, что нелегко, особенно учитывая уникальный характер любого вида затрат в искусстве, невозможность установить критерии и единые расценки на создание авторского произведения, необходимость учитывать личные характеристики каждого участника процесса производства и показа театрального спектакля или выставочного проекта. Мы сейчас находимся в самом сложном положении управления: сочетание советской еще системы контроля и требований по возрастанию собственных доходов. Лучше всего про противоречие законодательства и действительности написала юрист Карина Кондрашова.

Государственные органы управления, с одной стороны, назначают крупные зарплаты руководителям организаций культуры, а с другой, не оставляют этим руководителям право выбора и несения ответственности за расходование средств, порой в несколько раз меньшие, чем их зарплата. Это первое противоречие. Руководитель организации не может принимать самостоятельных решений, он обязан любой финансовый шаг оформлять конкурсными процедурами, фиксировать в единой системе, и любой гражданин может проверить (если ему не лень искать в базах) те или иные затраты любого театра или музея. Второе противоречие: никто ни разу не посчитал, в какую сумму обходятся все сопроводительные процедуры по конкурсам. Сколько стоит нанять грамотного юриста, специалиста по торгам и конкурсам, сколько бумаг готовит профильный специалист в бухгалтерии, сколько времени тратится на конкурсный процесс, особенно если необходимо решать срочные вопросы. Часто происходит совершенный абсурд: система регистрации договоров выдает номер и дату договора более поздний, чем реальная дата заключения договоренностей.

В случае работы с бюджетными средствами негосударственной организации, до 2012 года все процедуры также проходили обязательный конкурсный процесс. Так, например, дирекция одного из самых крупных театральных фестивалей России, Международного театрального фестиваля имени Чехова, долгие годы готовила документы (для участия в конкурсных процедурах Министерства культуры) для проведения Международного театрального фестиваля имени Чехова. Дирекция Московского международного кинофестиваля – такие же документы для проведения ММКФ. Первым опытом внедрения новой системы – финансирования в виде субсидии негосударственным некоммерческим организациям, обладающим авторскими правами (или исключительной лицензией) на проект, – стал как раз проект «Платформа», после которого уже и другие известные, заработавшие узнаваемость и репутацию программы, смогли получать финансирование из бюджета по такому же принципу.

Получая бюджетное финансирование, организация обязана предоставлять полный финансовый и – сопроводительный – творческий отчеты, сопоставляя которые всегда можно разобраться в обоснованности затрат. Напомним еще раз, что министерство культуры РФ, в период с 2012 по 2014 годы, не проводило никаких проверок по отчетной документации проекта «Платформа».

Спектакль – это не только актеры, это очень большое количество обслуживающих спектакль людей. Коллектив театра – это примерно столько же людей, сколько зрителей приходит на спектакль
Фото: ©Екатерина Чеснокова, РИА «Новости»

ПОЧЕМУ ТЕАТРЫ НЕ МОГУТ СУЩЕСТВОВАТЬ НА ЗАРАБОТАННЫЕ СОБСТВЕННЫЕ ДЕНЬГИ?

Искусство – очень затратный вид деятельности. Каждый шаг, сделанный в искусстве, уникален. Невозможно использовать лекала и шаблоны. Задачи, которые ставятся обществом перед организациями культуры, – это не зарабатывание денег, а развитие общества и образование человека, поиск нового культурного языка и новых средств выразительности, сохранение культурных ценностей и обеспечение равноценного доступа к ним. Вот на сайте министерства культуры все очень правильно написано.

Именно поэтому государство несет финансовую ответственность за то, чтобы организации культуры могли реализовывать свою деятельность по выполнению этих задач. Государство в лице органов управления имуществом наделяет организации культуры помещениями (зданиями театров, музеев, библиотек и выставочных залов, концертных площадок, филармоний и т. д.), а через органы управления культуры (министерство культуры РФ или региональные и муниципальные органы управления) осуществляет финансовое обеспечение деятельности.

При этом аудитория культурных мероприятий составляет примерно 10 - 15%. Можно посчитать: в городе, где живет 300 тыс. человек, зал в театре – на 600 мест. Играется около 250 спектаклей в год. Аудитория, которая интересуется театром, в лучшем случае составляет 30 тыс. человек. Значит, каждый потенциальный зритель должен как минимум пять раз за год пойти в театр.

Спектакль – это не только актеры, это очень большое количество обслуживающих спектакль людей – от гардеробщиков и билетеров до специалистов по свету, костюмеров и административного персонала. Есть еще уборщицы и инженерные рабочие здания. В среднем коллектив театра – это примерно столько же людей, сколько зрителей приходит каждый вечер на спектакль. Таким образом, каждый зритель должен своим билетом оплатить работу каждого артиста, плюс работу всех остальных сотрудников театра, а еще и материально-технические затраты – на содержание помещений и на создание уникального оформления спектакля. При этом любой зритель в России скажет вам, что ему нравятся костюмные исторические спектакли, а тут расходы в несколько раз выше, чем в тех спектаклях, в которых артисты выглядят так же, как зрители в зале.

Слишком много возлагаем финансовых надежд на одного зрителя, не правда ли? Мы говорим сейчас не о развлекательном формате, а о формате, где реализуется задача сохранения и развития культуры.

ГОСУДАРСТВЕННАЯ ПОЛИТИКА И ТВОРЧЕСКИЕ ЭКСПЕРИМЕНТЫ

Почему бюджет обязан финансировать экспериментальные постановки? Только новый язык в искусстве двигает культуру вперед, не дает ей превратиться в систему обслуживания вкусов обывателя, отвечает задачам современного развития общества, требованиям нового поколения и соответствует новым форматам общения людей. Михаил Швыдкой сформулировал так: «И тем не менее если мы всерьез думаем о развитии страны, ее граждан, то одним из важнейших инструментов достижения этой цели является готовность к восприятию нового знания. В том числе знания, добытого в процессе художественного творчества».

Рассчитывать на помощь частных компаний или отдельных персон не приходится по нескольким причинам: в России не выработана система содействия институту меценатства, малому и среднему бизнесу, все крупные корпорации уже стали государственными, и решения по расходованию средств компании на художественные проекты принимаются в том же ключе, что и во всей общегосударственной культурной политике. То есть получить поддержку, если ты представляешь независимый экспериментальный проект, практически невозможно.

И последнее. Театры не только получают государственное финансирование. «Гоголь-центр» за последние сезоны на каждый выделенный государством рубль самостоятельно зарабатывает еще два, поэтому можно спокойно говорить, что наиболее острые экспериментальные сценические проекты делаются не на бюджетные средства, а на заработанные собственными силами. А вот спектакли по произведениям Николая Некрасова, Бориса Пастернака, Анны Ахматовой, созданные в «Гоголь-центре» за последний год, вполне заслуживают того, чтобы быть профинансироваными из бюджета города Москвы. Это честь для города – быть учредителем театра, в котором уважительно и с огромной любовью относятся к наследию русской литературы.