Прокуратура потребовала для «банды Закирова» 119 лет тюрьмы Прокуратура потребовала для «банды Закирова» 119 лет тюрьмы

«СЧИТАЮ, СОВЕРШЕНИЕ ПРЕСТУПЛЕНИЙ В СОСТАВЕ ОПС ДОКАЗАНО»

К финалу приближается рассмотрение уголовного дела о многолетних хищениях на «Казаньоргсинтезе» — начались судебные прения. Однако спланированный федеральным судьей Московского районного суда Маратом Макаровым сценарий с первых минут полетел в корзину. Сначала в дело вмешался один из адвокатов, который попросил суд отложить заседание на пару часов, позже в зале неожиданно появилась мать одного из главных фигурантов уголовного дела Рустама Гараева. Перед участниками процесса развернулась драматическая сцена: судебные приставы были против присутствия родных на процессе, с чем был категорически не согласен сам Гараев. В своем возмущении он не постеснялся пускать в адрес представителей порядка оскорбительные словечки, называя их «тварями». Но приставы твердо стояли на своем — 85-летнюю женщину, желавшую посмотреть на сына, вывели под конвоем.

Перейти от слов к делу Макарову помешали также новые просьбы адвокатов возобновить судебное следствие. Защитники просили приобщить к материалам дела последние справки и положительные характеристики своих клиентов. А адвокат Влада Русина, представляющая интересы Закарии Закирова, воспользовавшись моментом, снова попыталась загрузить суд новыми ходатайствами, в которых анализировалась справка по причиненному КОСу ущербу. Судья, к удивлению многих, покладисто согласился в удовлетворении ходатайств и наконец перешел к судебным прениям.

Первым к трибуне был приглашен прокурор Борис Непорожный с изложением последних доводов обвинения. Прокурор напомнил о преступной схеме, по которой ОПС под руководством Закирова, Евгения Горячева и Гараева на протяжении 7 лет похищало продукцию с КОСа. Среди прочего, он указал на нелогичность высказываний обвиняемых, которая лишний раз свидетельствовала об их виновности. Так, наивной выглядит схема легализации вырученных от продажи похищенной продукции денег. Бухгалтер Гульсина Шалда, отбывающая сейчас наказание в колонии, переводила через подставные компании на счета Закирова деньги, якобы взятые у него в кредит. При этом суммы предоставляемого займа доходили порой до абсурдных размеров — 100 млн. рублей. И это при том, что сам Закиров во всех своих бедах винит именно Шалду — не доверял, но давал беспроцентные кредиты. По мнению Непорожного, это выглядит как минимум странно. «Если рассматривать человеческие качества Закирова в части истории, связанной с Шалдой, где он реально использовал человека на протяжении достаточно долгого времени и вот так в конце, испугавшись доказательств, своей дальнейшей судьбы, постарался все свалить на Шалду — мне кажется, что это совершенно недостойный поступок», — лично от себя добавил прокурор.

Еще один занимательный факт, на котором остановился Непорожный: Закиров предоставлял помещения своего склада на Гвардейской в аренду ООО «Строй Гид», учредителем которого был Константин Епачинцев, за 2 млн. рублей в месяц. Но эти деньги не выплачивались на протяжении почти года, что не беспокоило подсудимого. Вместо денег Закиров «взял» в счет аренды хранящуюся на своих же складах продукцию. Вся эта история, по словам прокурора, была придумана подсудимым, чтобы объяснить появление продукции КОСа на своих складах. Также весьма странным выглядит и то, что Закиров занимал у подсудимого Ханова 3 млн. рублей, имея на своих счетах единовременно более 1 млрд. рублей, а также 5 млн. евро и $3 млн. под матрасом. Все это наталкивает сторону обвинения на то, что Закиров и организованное им ОПС из 11 структурных подразделений действительно виновны в хищениях на сумму 339,7 млн. рублей.

«Считаю доказанным совершение преступлений в составе ОПС, которое характеризуется такими признаками, как структурированность, устойчивость, отчетность, организованность, конспирация при подготовке к совершению преступления, четкие выверенные и слаженные целенаправленные действия, наличие иерархии, общая цель — получение материальной выгоды», — подытожил обвинение прокурор. Он напомнил и об общественной опасности теперь уже «банды Закирова», которая заключалась в том, что 11% акция КОСа принадлежат «Связьинвестнефтехиму», то есть правительству РТ. По мнению стороны обвинения, ОПС своими действиями угрожало не просто какому-то отдельному предприятию, а государству в лице руководства республикой. Эта мысль еще долго в коридорах суда не давала покоя адвокатам подсудимых, которые с любопытством обсуждали необходимость оглашения доли правительства в акциях КОСа. Пришли к выводу, что эта колкая фраза была брошена в устрашение от неотвратимости наказания за обман родной республики.

Закарий Закиров Закария Закиров

12 ФИГУРАНТОВ — 119 ЛЕТ ТЮРЬМЫ

В итоге Непорожный после почти часового монолога подошел к самому «вкусному» — предложениям по избранию меры наказания для подсудимых. Прокурор признал, что в ходе судебного следствия была не доказана, а точнее, не установлена вина по 4 из 148 эпизодов хищений на сумму 2,12 млн. рублей. При вынесении приговора, по мнению обвинения, необходимо будет еще учесть личности каждого из находящихся на скамье подсудимых. А пока что гособвинитель настоял на максимальной мере наказания по каждому из вменяемых преступлений, предусмотренных ст. 158, 174, 210. Так, прокурор предложил для Закирова 18 лет колонии строго режима, штраф в размере 2 млн. рублей и 2 года ограничения свободы. Для других организаторов ОПС — Горячева и Рустама Гараева — гособвинение запросило 15 и 14 лет лишения свободы соответственно (обоим — 2 млн. рублей штрафа и по 2 года ограничения свободы). Всем остальным фигурантам напророчили сроки поменьше: Рушан Гараев, по мнению прокуратуры, должен получить 9 лет колонии со штрафом в 800 тыс. рублей и 1,5 года ограничения свободы, Фарид Дияров — 9 лет, Раушан Гумеров — 8, Андрей Зуев — 8, Алексей Емелькин — 8, Айдар Фарахов — 8, Константин Тиханов — 8, Владимир Александров — 7, Ленар Миннулин — 7 лет колонии общего режима. Каждому также предлагается назначить штраф от 500 до 800 тыс. рублей и ограничение свободы на срок до 1,5 лет. Всем 12 фигурантам уголовного дела вменяется помимо всего прочего ст. 210 «Организация преступного сообщества или участие в нем». В общей сложности всем подсудимым «светит» в совокупности до 119 лет тюремного заключения.

Весть о возможном заключении под стражу не повергла подсудимых в ужас. Многие из них улыбчиво переглядывались то друг с другом, то с адвокатами.

На этом новости от Непорожного не закончились. Помимо тюремного срока каждый должен выплатить компенсацию за причиненный ущерб по гражданскому иску КОСа в 337,6 млн. рублей (сумма в обвинении была в итоге снижена на 2,12 млн. рублей из-за недоказанных 4 эпизодов хищения). Прокурор заявил о том, что сумма должна быть разделена между всеми подсудимыми в зависимости от их участия и положения в ОПС. Закиров как главный организатор, по мнению следствия, должен будет выплатить 212 млн. рублей компенсации, Гараев — 2 млн., Горячев — 13 млн., все остальные вместе — 549 тыс. рублей. Кроме того, 108 млн. рублей, которые КОС выручил от продажи конфискованной продукции, также пойдут на покрытие ущерба предприятия. Самой, наверное, неприятной новостью для Закирова, который все это время стоял смирно и молча, стало то, что все его конфискованное имущество, в том числе изъятые 5 млн. евро и $3 млн., предложено обратить в доход государства. Что стало плохой новостью для Закирова, для его коллег по уголовному делу выглядело смешно, о чем свидетельствовали ехидные улыбки на их лицах. Во время 15-минутного перерыва все «свободные» подсудимые отправились в курилку, где с удовольствием мерились предлагаемыми сроками.

Казаньоргсинтезу причинен ущерб в 339,7 млн. рублей «Казаньоргсинтезу» причинен ущерб в 339,7 млн. рублей

«С ПАРШИВОЙ ОВЦЫ ХОТЬ ШЕРСТИ КЛОК»

«„Казаньоргсинтез“ — одно из успешных химических предприятий в России, производитель полиэтилена, единственный в стране производитель поликарбоната, — начала свое выступление на прениях представитель потерпевшего КОСа Зульфия Галиаскарова. — Один из основных акционеров предприятия — компания с государственным участием. Являясь крупнейшим бюджетообразующим предприятием с более чем 60-летней историей устойчивого развития „Казаньоргсинтез“ несет и огромную социальную нагрузку».

Уйдя в последующем от хвалебных речей, представитель предприятия решила все-таки вставить пять копеек и про преступную деятельность Закирова и его команды. По словам Галиаскаровой, начиная с 2006 года на предприятии отмечалось превышение фактического расходного коэффициента, что говорило, по мнению следствия, о хищении продукции. Правду на этот счет удалось узнать только в 2012 году после проведенных экспертиз продукции, обнаруженной на складах на Гвардейской, и благодаря развернувшемуся расследованию. До этого времени руководство КОСа полагало, что превышение коэффициента все-таки связано с износом оборудования.

«Выяснилось, что к хищениям причастны многие работники предприятия, которые на своих местах вмешивались в работу приборов фасовки и учета, воровали продукцию, прятали ее. Для вывоза продукции незаконно пропускали на территорию автомашины и, не проверяя, выпускали их. Другие участники хищений без документов и втайне от руководства предприятия грузили продукцию на машины, вывозили за пределы предприятия, легализовывали и продавали. Но примитивными, по сути, действиями деятельность преступников не ограничивалась. Опасаясь быть обнаруженными, отличаясь дерзостью, вызванной ощущениями безнаказанности, они разработали изощренную систему конспирации», — продолжала Галиаскарова.

По ее словам, преступный синдикат возглавили Закиров, Горячев и Гараев-старший. Сделать это Закирову было легко, так как он до этого, еще с 2000 года, имел отношения с КОСом, скупая у него отходы от производства. Представитель предприятия особо в своей речи остановилась на Закирове, назвав его «идейным вдохновителем» и чуть ли не деспотом, который присваивал всю выручку себе, практически не делясь со своими подельниками. Складывалось даже впечатление, что Галиаскарова как будто встала на сторону остальных подсудимых, обвиняя главного фигуранта в угрозах в их адрес и запугивании в своих корыстных целях. «Несмотря на показной скептицизм руководителя преступного сообщества и их адвокатов, умышленно ставивших под сомнение достоверность документов бухгалтерского учета и доходивших в своих словах порой чуть ли не до прямых оскорблений в адрес КОСа и обвинений в бесхозяйственности, нет оснований сомневаться в объективности наших данных», — бросила одновременно подсудимым и их адвокатам представитель КОСа.

Причиненный преступными действиями ущерб в 339,7 млн. рублей Галиаскарова попросила взыскать с подсудимых солидарно, при этом отмечая, что именно с арестованных средств Закирова должно произойти возмещение ущерба. С остальных же модель взыскания соответствует известной поговорке «С паршивой овцы хоть шерсти клок». По словам юриста предприятия, большинство подсудимых, в отличие от главного обвиняемого, и так ничего не имеют. В целом представитель КОСа запросила для главных организаторов ОПС максимального срока, а что касается «мелких сошек», то возможны и смягчающие обстоятельства при условии, что они раскаются.

Рустем Гараев Рустем Гараев

«ЛИТЕРАТУРНОЙ ФАНТАЗИИ СЛЕДОВАТЕЛЯ МОЖНО ТОЛЬКО ПОЗАВИДОВАТЬ»

Следом за обвинением и потерпевшей стороной слово было передано защитникам подсудимых, которых решено было оставить на «десерт» судебных прений.

Русина подготовила речь аж на 50 листах. Защитница решила разделить выступление на три части в соответствии с тремя разными инкриминируемыми статьями.

«Наша позиция не изменилась, вину не признаем», — развенчала надежды Макарова на скорый исход дела Русина. Первую часть выступления защитница наперекор Непорожному посвятила недоказанности организации преступного сообщества. По мнению адвоката, по материалам дела нельзя судить об ОПС, а в обвинении как будто собраны просто фразы из Уголовного кодекса. Самым главным аргументом стало то, что Закиров, Горячев и Гараев не была знакомы в 2006 году, в момент создания ОПС, это подтверждается всеми показаниями. Дальше Русина пошла строго по законодательным признакам преступного сообщества. Первый из них заключался в том, что следствием не доказаны взаимоотношения между лидерами и структурными звеньями сообщества. «Литературной фантазии следователя можно только позавидовать», — обвиняла Русина следователей в некомпетентности, параллельно доказывая, что не может звено ОПС состоять из одного человека, как об этом говорится в материалах дела. На этой мысли Непорожный прикрыл лицо руками.

Следующий момент, на котором решила остановиться защита Закирова, — это хищения в особо крупном размере. Адвокат снова напомнила про экспертизы и заключение по причиненному ущербу, которое было дано отнюдь не экспертом, а следователем Загрековой. Масла в огонь подлило и то, что в 64 эпизодах дела на 259 млн. рублей фигурируют неустановленные лица, которые похищают продукцию неустановленным способом. «Как следствие установило, сколько и какой марки продукции было похищено?» — задавалась вопросом Русина. Отдельное внимание она уделила способу образования излишков и неучтенной продукции, связанной с манипуляциями с расходным коэффициентом. Закиров, несмотря на то, что суд длился уже 5 часов, прильнул лицом к решетке и внимательно слушал, не пропустит ли что его адвокат.

Кратко остановилась защитница Закирова на легализации денег от похищенной продукции. Адвокат искренне выражала свое непонимание, почему сумма ущерба составляет только 339,7 млрд. рублей. Дело в том, что следствием черным по белому утверждается, что количество похищенного товара равняется средствам Закирова. А у того на счетах было ни много ни мало но более 1 млрд. рублей. «Как считали? Почему тогда на 1 миллиард рублей не предъявили?» — обращалась с риторическими вопросами адвокат. В довершение Русина заявила о полной несостоятельности обвинения в отношении своего подзащитного и попросила оправдательного приговора. Сам Закиров не проронил ни слова.

«ПОЛНОСТЬЮ ПРИЗНАЮ СВОЮ ВИНУ...»

После очередного небольшого перерыва кадровый состав стороны обвинения и присутствующих в зале резко изменился. Ушел начальник службы безопасности «Казаньоргсинтеза». Обвинение покинул Непорожный, оставив вместо себя Ольгу Зарипову и Анастасию Селиваненко. Вместе с тем к трибуне просился Горячев, который решил выступить с серьезным заявлением.

— Полностью признаю свою вину, — ошарашил всех подсудимый, однако не тут-то было. — По поводу изъятого оружия, — добавил он.

— Ой, дурак. Зачем? — донеслось сразу же из клетки от Гараева-младшего.

Дело в том, что во время обысков у Горячева был изъят пистолет и 7 патронов к нему, о которых он «забыл предупредить следователей». Те ему на эту забывчивость ответили ст. 222 «Незаконные приобретение, передача, сбыт, хранение, перевозка или ношение оружия» и двумя годами тюрьмы в придачу. Раскаявшись и признав вину, Горячев понадеялся на смягчение приговора по совокупности преступлений.

Позицию своего подзащитного мигом подхватила его адвокат Марина Матюшина. Она свое выступление построила на тех же доводах, что и ее предшественница Русина. Однако защитница решила также напомнить суду и о других доводах, которые звучали на судебном следствии. В частности, адвокат настаивала на том, что во время следствия были допущены грубейшие нарушения в части проведения фоноскопических экспертиз голоса Горячева, из-за чего использовать их в качестве доказательств не представляется возможным. А раз нет серьезных доказательств, то и вины Горячева тоже нет. По крайней мере, такова была логика его адвоката. Адвокат озвучила и такой тезис, что ОПС было придумано следствием, чтобы хоть как-то объяснить несостоятельность обвинения. Эта мысль заставила прокуроров задумчиво переглянуться. Также, по мнению Матюшиной, неправильно с точки зрения буквы закона приписывать ОПС экономические преступления, так как такие сообщества в российском законодательстве, как правило, предполагают совершенно иной род деятельности — разбои, убийства, грабежи и так далее. Применять понятие ОПС к группе людей, которые преследовали материальные выгоды, как минимум неверно, отметила защитница.

В этот момент Закиров передал через пристава своему адвокату исписанный листок бумаги, который заставил Русину серьезно нахмуриться и пристально без слов посмотреть на своего нанимателя. Тот лишь одобрительно кивнул головой, выказывая свое согласие с этим листком. О чем говорилось в бумаге, неизвестно, однако, надо полагать, скоро Закиров об этом сообщит сам — судья Макаров решил форсировать события и провести прения в ускоренном режиме. Уже сегодня завершатся выступления стороны защиты, после чего суд перейдет к заслушиванию обвиняемых. И Закирову явно есть что сказать.