Именно татары сберегли ислам и православие (для кряшен), причем в татарской оболочке
«Именно татары сберегли ислам и православие (для кряшен), причем в татарской оболочке»

«РЕЛИГИЯ НЕ МОЖЕТ ФОРМИРОВАТЬ ЭТНОСЫ»

Я озарен осеннею улыбкой —
Она милей, чем яркий смех небес.
Из-за толпы бесформенной и зыбкой
Мелькает луч,— и вдруг опять исчез.

Плачь, осень, плачь,— твои отрадны слезы!
Дрожащий лес, рыданья к небу шли!
Реви, о буря, все свои угрозы,
Чтоб истощить их на груди земли!

Владычица земли, небес и моря!
Ты мне слышна сквозь этот мрачный стон,
И вот твой взор, с враждебной мглою споря,
Вдруг озарил прозревший небосклон.

Владимир Соловьев. 26 августа 1897 года

В предыдущей статье речь шла о языке как маркере идентичности. Вывод заключался в том, что с потерей родного языка человек не всегда теряет этническую идентичность, хотя могут оказаться исключенными многие ценности, дающие в жизни преимущества. Не секрет, что татары всегда ориентировались на выживание, а русские в значительной мере полагались на государство. Такая установка впитывалась, как говорят, с молоком матери, то есть вместе с родным языком. Советское русскоязычное наследие сформировало иждивенческие настроения, которые стали присущи многим народам постсоветского пространства. Ценности, содержащиеся в языке, решительно влияют на наше поведение. Но потеря языка не означает автоматической потери этнического самосознания, что видно на примере русскоязычных или польско-литовских татар. Встречаются даже националистически настроенные татары, бьющие себя в грудь, что они истинные татары, но так и не выучившие родной язык за долгую жизнь в республике. Язык не является жестким признаком идентичности, как и одежда, и другие фольклорные признаки. Русские джигиты не те, что рядятся в косоворотку, а русские красавицы — не те, что ходят в сарафанах с кокошниками. На дворе ХХI век, оставивший этнографию на забаву туристам. Теперь ни лапти, ни деревенская изба с русской печью не привлекают. Всем подавай коттеджи.

Некоторые утверждают, что религия — главный признак национальности, мол, русские всегда православные, а настоящие татары — это мусульмане, а крещеные татары — уже другой народ, кряшены. Некоторые священнослужители утверждают, что якобы ислам спас татар от вырождения и ассимиляции. Лукавство. Все ровным счетом наоборот. Именно татары сберегли ислам и православие (для кряшен), причем в татарской оболочке, то есть в виде джадидизма и православия на татарском языке. В этом суть. Народ принимает ту или иную религию, приспосабливает ее под свои нужды. Религия не может формировать этносы, и тем более это неподвластно священнослужителям, чья функция — предоставлять ритуальные услуги. Носителем веры является сам народ, а не священнослужители. Когда началось реформаторское движение джадидизма, это нужно было для прогресса народа, и, несмотря на сопротивление кадимистов, отличившихся в истории только одним — доносами, народ встал на путь преобразований. В советское время, несмотря на закрытие мечетей, народ сохранил веру. Те, кто сегодня призывает тупо следовать ханафизму, — в лучшем случае наивные простачки. Для политкорректности будем считать их наивными...

Фундаменталисты говорят: нет никакой национальности, мы или мусульмане, или православные, или иудеи. Именно на этой стезе возникают самые опасные течения. Если рассматривать религию как тотальность, как подчинение национальных интересов служению Всевышнему, тогда религиозная и этническая идентичности оказываются противостоящими друг другу. «Забудьте свой народ, свои обычаи и будьте покорны Господу, Аллаху акбар!» — так учат фундаменталисты. Тогда врагом становится любой, кто не забыл родной язык и культуру. Единственным позволительным языком оказывается арабский, причем с воинственным кличем «Аллаху акбар!» Россия оказывается неправильной страной, ее якобы надо превратить в халифат, введя шариат ханафитского толка.

«ЛУЧШЕ БЫ АЛЛАХ НИСПОСЛАЛ КОРАН ТАТАРАМ»

Мы не иначе посылали наших посланных, как говорящими каждый на языке народа своего, чтобы лучше объяснять им [14:4]

В качестве самостоятельного мировоззрения, вне этнического носителя вера превращается в радикальную идеологию. Или религия служит народу, или же она оказывается в оппозиции к нему, на чем собственно заканчивается ее историческая миссия. Нет единого ислама для всех и на все времена. Когда имамы настойчиво рекомендуют подражать жизни Пророка, то не понимают разницу во времени, они все еще живут в раннем Средневековье. Великий Абу Ханифа, чье учение наши имамы считают самым правильным, о наследии сподвижников Пророка сказал следующее: «Конечно, было бы достаточно того, чем ограничивались они, если бы я сподобился жить в их эпоху». Абу Ханифа жил в конце VII - начале VIII века, но уже считал обстановку радикально поменявшейся. Почему же мы должны брать за образец Средневековье? Если жизнь сахабов Пророка идеал, тогда имамам надо выбросить все мобильники, телевизоры, облачиться в одежду бедуинов и пересесть с автомобилей на верблюдов. Зачем лицемерить? Давайте подражайте во всем сахабам, наденьте чалму и веселите публику с верблюжьего горба!

В Аравии женщину ценили так же высоко, как верблюда. Разве татарин смирится с мыслью, что его мать, воспетая в каждой второй песне, стоит на одной доске с верблюдом из зоопарка! По ханафитскому шариату можно держать дома рабынь, только с ними надо обращаться терпимо, как с животными, не убивать без причины. А если от них родятся дети, то их не обижать. Ханафиты призывают придерживаться шариата, а как быть с Конституцией РФ и РТ? Наплевать? Впрочем, кто сегодня думает о Конституции? Первой нарушает Государственная дума, почему исламисты должны ее придерживаться?!

Коран содержит массу противоречий, там есть суры, которые вообще имеют ситуативный смысл. В суре «Пальмовые волокна» сказано: «Пусть пропадут обе руки Абу Лахаба, а сам он пропал!.. Будет он гореть в огне с пламенем и жена его (тоже) — носильщица дров» [111:1-3]. Видимо, Аллаху больше нечем было заняться, как только решать проблемы Мухаммеда с его родным дядей. Кстати, и руки у Абу Лахаба не отсохли. Чего, спрашивается, было угрожать... Из-за противоречий, содержащихся в Коране, появляются все новые и новые тафсиры. Люди ищут причины противоречий в толкователях, но не в самом Коране, который считается истиной в последней инстанции. При этом каждый новый толкователь считает, что именно он, наконец-то, объяснил суть Корана.

Имамы твердят, что язык Корана самый совершенный. Что имеется в виду? Для моего слуха арабский язык слишком грубый, а для работы — бесполезный. Может быть, имеется в виду, что Аллах говорил на нем? Вообще-то, Коран был ниспослан, а вовсе не вербализован. Если бы Пророк был татарином, то Коран записали бы на татарском и Мекка оказалась бы в Болгаре. В этом случае, я убежден, в Коране было бы меньше противоречий, ведь татары-тенгрианцы добровольно приняли ислам. Не надо было никого убивать.

В Аравии все было гораздо хуже, а потому появился следующий аят: «Убивайте их всюду, где встретите, и выгоняйте отовсюду, откуда они вас выгнали» [2:191]. Это сказано в отношении язычников, причем только тех, кто воевал с Мухаммедом. Сегодня эту фразу обобщают: достаточно неугодного назвать язычником — и можно убивать. Например, язычниками можно обозвать людей творчества. Сколько среди татар замечательных художников и скульпторов! Они же малюют и лепят себе идолов. Ату их, Ату! Зачем ставить памятник Тукаю и делать из него идола? «Зачем поклоняться могилам родителей? Это же язычество», — так пишут в сегодняшних татарских газетах просвещенные имамы, выучившиеся в тех странах, где сейчас идут войны. Они Коран читают выборочно, хотя в нем есть и альтернативные аяты: «В религии нет насилия; истина достаточно отличается от заблуждения» [2:256]. Тут не сказано, к кому это относится, значит, язычники не исключение. Не ясно, то ли их надо убивать или можно терпеть. Кстати, оба аята даны в одной и той же суре «Бакара».

Пророк с язычниками воевал и закрепил это в аяте, которому продолжают следовать арабы, истребляющие друг друга, для татар больше подходит аят о ненасилии. Лучше бы Аллах ниспослал Коран татарам, а не арабам, в мире было бы меньше религиозных войн и конфликтов. Ислам в этом отношении не исключение. Формулы мира нет ни в одной из авраамических религий. В Декалоге сказано: «Смотри, не вступай в союз с жителями той земли, в которую ты войдешь, дабы они не сделались сетью среди вас. Жертвенники их разрушьте, столбы их сокрушите, вырубите священные рощи их, ибо ты не должен поклоняться богу иному, кроме Господа, потому что имя Его — ревнитель; Он Бог ревнитель». Терпимость, толерантность, появившаяся в обществе, вовсе не заслуга религии, а итог светской цивилизованности.

Терпимость, толерантность, появившаяся в обществе вовсе не заслуга религии, а итог светской цивилизованности
«Терпимость, толерантность, появившаяся в обществе, вовсе не заслуга религии, а итог светской цивилизованности» (фото: council.gov.ru)

«ИМАМЫ НЕУСТАННО ТВЕРДЯТ О ПЯТИ СТОЛПАХ ИСЛАМА, БУДТО МЫ ЗА НОЧЬ ЗАБЫВАЕМ О ЕДИНОБОЖИИ»

Вера не начало, а конец всякой мудрости

Иоганн Вольфганг Гете

Любая религия несет с собой разделение народов по категориям правоверных и неверных, православных и нехристей, отступников, еретиков, поэтому в исламе язычников можно убивать, а с христиан надо брать дополнительные налоги. В исламе нет формулы мира, которая сумела бы остановить руку с поднятым мечом или автоматом Калашникова. В Коране запрещено мусульманину убивать мусульманина. И кого это остановило? Во всем мусульманском мире народы охвачены одной страстью — во имя Аллаха убивать своих врагов. Откуда они могут знать мнение Аллаха? В Коране не сказано, что надо убивать только суннитов или шиитов, там сказано просто: не убивать. Когда же мусульмане начнут придерживаться Корана?

Говорят, религия якобы смягчает души. Где факты? Убийцы носят крестики, а в Библии сказано: «Не убий!» Там предписано: «Любите врагов ваших» [Лк.6:27]. Покажите мне такого христианина! Когда православные начнут придерживаться библейских заповедей: «Не прелюбодействуй!», «Не желай дома ближнего твоего!», «Не кради!» В Евангелии сказано: «Проще верблюду пройти сквозь угольное ушко, чем богатому — в Царство Небесное» [Лк.18:25]. И кого это остановило? Воровство стало тотальным, половина страны ворует, другая — завидует. Молятся, постятся и воруют. «Соблюдающему пост в месяц Рамадан по воле Господа прощаются все прежние грехи», — пишут богословы. Иначе говоря, можно спокойно грешить, дожидаясь месяца Рамадан. В Коране сказано: «Тому, кто убьет правоверного сознательно, наградой будет ад, он будет в нем вечно» [4:93]. Нельзя убийство искупить постом в месяц Рамадан. Искупление грехов не зависит от количества поклонов; никакие молитвы не заменят добродетельных деяний.

Имамы неустанно твердят о пяти столпах ислама, будто мы за ночь забываем о единобожии. И в чем здесь достижение? В тенгрианстве тоже единобожие. За что его называть языческим заблуждением? Пятикратная молитва тоже не отличительный признак ислама. Во всех религиях усердно отмывают грехи. Хадж к языческому камню Каабе считать сутью ислама я бы не стал. К тому же там ежегодно давят тысячи людей. Пост держать очень важно, но еще важнее соблюдать сбалансированную диету и не набивать брюхо на меджлисах, чем занимаются наши доблестные имамы. Обряды не улучшают мир, они нужны самому человеку как психотерапия.

В молитвах верующие о чем-то просят Господа, жалуются ему, надоедают, информируют. Зачем его информировать, он и так все знает. Он знает о бедах каждого из нас. Иисус на кресте обращается к Господу: «Прости им, ибо не ведают, что творят» [Лк.23:34]. Зачем это сообщать Богу, он и так в курсе. Богословы любят цитировать следующие строки из Священного Корана: «От того, кто знает все тайны, не скроется вес пылинки, ни в небесах, ни на земле, ни то, что менее этого, ни то, что более» [34:3]. Аллах все знает и все допускает, включая запрещенный в России ИГИЛ. Он оставил людей на произвол судьбы. Его не волнуют дела мусульманского мира. В чем тогда доброта Всевышнего? Говорят, все это происки шайтана. Зачем Он создал дьявола? Здесь нет логики. Он же мог создать мир гармоничным. Надо было создавать нормальное общество. Он всемогущий, всеведущий, у Него 99 имен, восхваляющих его высшую волю, а ведет себя как безвольный, как не слышащий, не видящий, не ведающий. Он все оставил на откуп шайтану. В реальности против ИГИЛ эффективнее молитв оказываются авиаудары и наземные операции. Может, Аллах проявляет свою волю через действия российских воздушно-космических сил?

Чего люди хотят в молитвах? Видимо, что-то выгадать себе, ведь Господу никакая помощь не нужна, а людям надо помогать делами, а не молитвами. Если ревнители веры думают о спасении людей, так пусть помогают делами, а не болтовней. Характерно, когда в Париже прогремели взрывы, то совет мусульман Франции призвал всех молиться. А что еще они могут? Это все, на что способны имамы перед угрозой терроризма. Они страстно молятся, но, похоже, Аллах их не слышит.

Религия столетиями пытается сделать людей лучше, ничего не получается. Ни мечом, ни словом священнослужители не сумели навести порядок даже в собственных рядах. Впрочем, и у Всевышнего в хозяйстве не было порядка. Адам и Ева не слушались, змей строил козни, падшие ангелы стали в оппозицию. Адам и Ева наплодили народы, которые приняли разные религии и устроили между собой бесконечные войны. Потом надо было устраивать потоп, чтобы Ной спасал все твари по паре. Где здесь логика? Нет ее.

При всем при том Коран пытается соблазнить людей картиной Рая, где правоверные возлежат на подушках под прохладной тенью, а вокруг ходят какие-то непонятные гурии взад и вперед. Чего они ходят? Да, я умру от безделья в таком Раю. Меня пугают тем, что два ангела висят у меня над головой и записывают все, что я ни скажу. Я давно привык к стукачам... Кстати, кадимисты до революции отличились своими доносами — их в архивах скопилось несчетное количество. Они не хуже тех двух ангелов доносили в охранку все, что услышат. При этом не гнушались приврать. Архивы забиты доносами ханафитов...

«В КОРАНЕ СКАЗАНО, ЧТО СУЕТА ОТ ШАЙТАНА»

Человек был создан в последний день творения, когда Бог уже утомился

Марк Твен

Я не идеализирую ислам, допустивший войны, я не ищу конечную истину в Коране. Я вижу жестокость и отсталость мусульман в арабских странах, где выучились наши имамы, я по пальцам могу пересчитать честных предпринимателей и знаю коррупционеров, обивающих пороги мечетей и церквей, я не вижу духовности в храмах, которые стали ритуальными службами сферы услуг. Кругом воровство, жадность, мздоимство, а проповеди не могут ни остановить, ни уменьшить преступность. Священнослужители вмешиваются в нашу жизнь, поучают, наставляют на путь истинный, пытаются исправить учебники, будто их средневековые знания могут пригодиться в жизни. Обществу нужны новые социальные технологии, а религии нас тянут назад, в застой, ибо их учения были сформированы в эпоху Средневековья. За долгие годы общения со священнослужителями я не услышал ни одного толкового предложения по устранению бедности, жестокости, преступности, воровства. От них мы слышим призывы молиться, держать пост, не забывать о подаянии и еще длинный список того, что мы ДОЛЖНЫ, ДОЛЖНЫ, ДОЛЖНЫ, но никаких социальных технологий. В их среде много суеты, а в Коране сказано, что суета от шайтана.

Для меня ислам — это не ритуальные предписания, а готовность творить добро. Кому надо читать молитвы в мечети, пусть это делают. Это их личное дело. Но если они, помолившись, затем творят зло, то в чем правоверность? Мусульманин может выполнить все пять столпов ислама и творить зло. Значит, не в пяти столпах суть ислама, не в абстрактном служении Господу, а в служении людям. Именно это предписал Аллах. Гибадат — это и есть служение людям, причем без различия национальности и веры.

«НИ ЯЗЫК, НИ РЕЛИГИЯ НЕ МОГУТ БЫТЬ МАРКЕРАМИ ЭТНИЧЕСКОЙ ИДЕНТИЧНОСТИ»

В карете прошлого никуда не уедешь

Максим Горький

Наша идентичность не может быть абстрактной. Конечно, порой мы говорим о служении Родине, народу, Господу, но в жизни мы связаны с конкретными людьми и обстоятельствами, мы не можем игнорировать окружающую обстановку. Никакая истина, даже самая вечная и даже та, которая нам досталась от имени Всевышнего, не может воплощаться сама по себе, она нуждается в технологиях ее реализации. Технология — ключевое слово. Без технологий не летают самолеты, не работают мобильники, мы не сможем воспользоваться интернетом. Даже достижения гуманитарных наук нуждаются в технологиях реализации новых идей. Если нет воплощения в жизнь научных открытий, тогда они остаются достоянием самих авторов, они не становятся истиной, ибо умирают вместе с авторами. Гуманитарии оказываются просто болтунами. Религия не является исключением. Какие социальные технологии привнесла религия? Никаких. Можно спасение душ посчитать за психотерапию, но этим все же лучше заниматься профессионалам. Так чем же тогда занимаются священнослужители? Они зарабатывают на жизнь, без видимых результатов, они утверждают социальный статус своего сословия, прикрываясь именем Господа.

Единственным оправданием существования религии может быть только технология добрых дел. Сказано: «Бог с теми, которые делают добро» [29:69]. Священнослужители должны показывать пример служения народу. Творить добро — предписание, обязательное для любой религии. Смысл веры не в войне с «неверными», а в проповеди справедливости. Это соединяет народы. Это ислам. Коран весьма терпим ко всем людям, творящим добро. Сказано: «Тем, которые уверовали, иудеям, христианам, сабеянам и всем, кто уверовал в Бога и в последний день и кто творил добро, будет награда от Господа, и им не будет ни страха, ни печали» [2:62]. Быть правоверным для Господа предпочтительно, но не является категоричным требованием. Творить добро для людей — безусловное предписание. При этом не надо ждать никакой награды. Кто верит в Судный день и творит добро, того ждет награда у Аллаха, так сказано в Коране. Надо ли торговаться по этому поводу? Если я добровольно следую предписаниям, зачем за это награждать? Добродетель не нуждается в награде ни в этой, ни в другой жизни, она сама и есть награда.

Укрепление идентичности татар, русских и других народов и тем более одновременное формирование республиканской идентичности Татарстана не может быть достигнуто на почве религии, ведь каждая конфессия отстаивает свои интересы. В религии уже содержится разделение народов по определению на православных, мусульман, иудеев, на правоверных и отступников, еретиков, язычников, а нам надо соединять людей. Значит, идентичность, как этническая, так и республиканская, может быть только надрелигиозной. Идентичность предполагает не простую приверженность традициям, а одновременное изменение образа жизни под стать новым жизненным условиям. Религия нас тащит назад, а нам надо двигаться вперед. Вся хитрость укрепления идентичности состоит в сочетании обновления с сохранением позитивных ценностей в этнических традициях.

Итак, ни язык, ни религия не могут быть маркерами этнической идентичности. Татарин может говорить на русском или польском и сохранять идентичность, он может быть мусульманином или православным и быть носителем национального самосознания. Так в чем же основной показатель идентичности? Об этом в следующей статье.

Он принял скорбь земной дороги,
Он первый, Он один.
Склонясь, умыл усталым ноги
Слуга — и Господин.
Он с нами плакал, Повелитель
И суши, и морей.
Он царь и брат нам, и Учитель,
И Он — еврей.

Зинаида Гиппиус. Он, (1915)