Первое, чем запомнится новинка от Сарика Андреасяна с бюджетом 500 млн. рублей, — своим масштабом Первое, чем запомнится новинка от Сарика Андреасяна с бюджетом 500 млн рублей, — своим масштабом Фото: Алексей Белкин

Шик, блеск и уют

Первое, чем запомнится новинка от Сарика Андреасяна с бюджетом 500 млн рублей, — своим масштабом. Режиссер не пожалел экранного времени и создал монументальное полотно в духе российских исторических сериалов, а также экранизаций британских классических романов от BBC. Спецэффектам авторы предпочли натурные и ландшафтные съемки, в частности, в местах, где бывал сам Александр Сергеевич Пушкин. В Петербурге экипаж Онегина проезжает через «Певческий мост», Гремины обитают в Большом Гатчинском дворце, а любовные интриги разворачиваются в многочисленных парках и имениях Москвы и Северной столицы. Бескрайние лесные просторы, ласковые летние и суровые зимние пейзажи оживают в панорамных кадрах Кирилла Зоткина, эмоции героев, оператор, напротив, высвечивает в крупных планах, создавая выразительные контрасты.

Также создатели ленты любовно воссоздают моду начала XIX века, одевая героев в изысканные фраки, френчи, жилеты и струящиеся платья. Детально экспонируют деревенский антураж с уютным деревянным особняком Лариных, яблоневым садом и столами с домашними заготовками. Роскошь городской жизни олицетворяют придворный бал в Эрмитаже и балет в Императорском театре, где танцует Истомина-Сильфида. Все это изобилие скрепляет картинная музыка Георгия Жерякова с яркими лирико-психологическими всплесками.


Тем, кому за…

Однако при детальном рассмотрении эффектная картинка обнаруживает серьезные недостатки Второе, что бросается в глаза даже неискушенным ценителям романа — возраст героев. Не зря в описании к трейлеру «Онегина» на YouTube писали, что фильм нужно было назвать «Онегин: 20 лет спустя». Действительно, Андреасян снял кино не о харизматичном денди и юной мечтательнице, а об уставших, поживших людях, погрязших в трясине неудачного опыта. Именно такими выглядят на экране 40-летний Виктор Добронравов и 28-летняя супруга Андреасяна Елизавета Моряк (для сравнения: Онегину в начале романа было 24 года, Татьяне — 17 лет).

В предпремьерных интервью режиссер говорил, что изначально мыслил своих персонажей на 10–15 лет старше из-за смены возрастной парадигмы («Прежние 25 лет, — говорит Андреасян, — сегодняшние 40»), но в случае с «Евгением Онегиным» это не работает. Герои романа молоды и ведут себя соответствующе, а их возраст и состояние души педалируются в тексте. Оттого синтез авторского текста и картинки часто рождает курьезы. «Я завидую его молодости и легкости», — впервые говорит об Онегине Гремин, а затем в кадре появляется седеющий мужчина.

Некоторых героев, «перенявших» жизненный опыт актеров, сложно назвать каноничными (хотя режиссер, по собственному признанию, не стремился увести «Онегина» «из классической формы в современные интерпретации»). Татьяна в фильме не по годам раскрепощена и остра на язык — уже при первой встрече она иронично напоминает Евгению, что тот не Чарльз Градисон, а в ответ на его насмешки презрительно просит вернуть книгу. Не стесняется героиня и открыто расспрашивать об Онегине Ленского, вторгаясь в его объяснения с Ольгой.

Поэт в интерпретации 30-летнего Дениса Прыткова тоже утратил романтический порыв, зато сохранил амбиции и вспыльчивый нрав, с первой встречи подводя Онегина к роковому выстрелу. Мягкие кудри такому колючему Ленскому явно не к лицу, поэтому герой Прыткова сменил их на жесткую шевелюру. Ближе всех к пушкинскому портрету оказалась Ольга Тани Сабиновой, объединившая детскую непосредственность с женской сентиментальностью и прозорливостью: погоревав для вида о погибшем женихе, она беззастенчиво повенчалась с уланом и отправилась покорять гарнизоны.

Сарик Андреасян и Елизавета Моряк Сарик Андреасян и Елизавета Моряк Фото: Алексей Белкин

Штампы вокруг пушкинского текста

В контексте переосмысленного действия удивляет, что персонажи, давно сошедшие «со школьной скамьи», не чувствуют динамики и нерва пушкинского текста. По-настоящему они оживают лишь в устах рассказчика за счет заостренной подвижной интонации Владимира Вдовиченкова. Благо на его долю выпадает массив стихотворных эпизодов, однако письма главных героев, прочитанные актерами, выглядят необязательными.

И если признание Онегина еще сохраняет общий патетический тон (эту роль Добронравов играет в театре им. Вахтангова в знаменитом спектакле ушедшего накануне из жизни Римаса Туминаса), почти вдвое сокращенное письмо Татьяны звучит монотонно, как заученный параграф из учебника литературы. Внешне героиня Моряк чувства также не проявляет: все письмо она пишет с непроницаемым выражением лица (с таким же, но еще более угрюмым видом Ленский наблюдает за Ольгой и Онегиным на именинах Татьяны). Как в сознании режиссера они вяжутся с пылкими, наэлектризованными строками романа — представить сложно.

Однако бо́льшую часть фильма герои изъясняются в прозе, и здесь высокий слог пушкинского текста разбивается о словесные клише от сценариста Алексея Гравицкого. Чего стоит один приторно-кокетливый вопрос Онегина «Останемся друзьями?», адресованный Татьяне на отповеди. Или постоянное брюзжание Ленского, что «хорошо смеется тот, кто смеется последним». Словесные штампы дополняют штампы ситуативные: например, стандартное предложение руки и сердца, которое Ленский слащаво делает Ольге на одном колене. Все это разрушает таинство и многослойность романа, превращая его в рядовую мелодраму.

Углубляют действие актеры второго плана, среди которых немало звезд отечественного кино Углубляют действие актеры второго плана, среди которых немало звезд отечественного кино Фото: Алексей Белкин

Без отсылки к первоисточнику

Углубляют действие актеры второго плана, среди которых немало звезд отечественного кино. Свои лаконичные образы они расширяют, достраивая до аллегорических. Светлана Немоляева в картине предстает в роли вещуньи: через рассказы о себе ее Няня предсказывает судьбу Татьяны. Вадим Андреев (Пустяков) — в роли добродетели: благодаря его содействию героиня выезжает в Москву и знакомится с Греминым. Ольга Тумайкина (Скотинина) — в роли порока, пренебрегая для достижения личных целей всеми нормами приличия.

Премьеру от Андреасяна стоит посмотреть, но только как самостоятельную историю по мотивам «энциклопедии русской жизни». Тогда у зрителя будет возможность насладиться красивыми сьемками, пышными интерьерами и линейным мелодраматическим сюжетом. В случае осмысления картины как прямой экранизации литературного источника есть риск войти с ним в серьезный диссонанс.