В галерее «Хазинэ» открылась выставка Зиннура Миннахметова — члена союза художников России и основателя первой в Елабуге художественной школы

«ХУДОЖНИКИ НИЧЕГО НОВОГО НЕ ПРИДУМЫВАЮТ»

«Зайдя в этот зал, когда выставка только строилась, первое, что я сказала: «Как хорошо!» — такими словами искусствовед Ольга Улемнова открыла в галерее «Хазине» выставку художника Зиннура Миннахметова. Ее приурочили к юбилею мастера — в прошлом году ему исполнилось 70 лет. «Я ни к какой выставке не стремился, — скромно признался художник корреспонденту «БИЗНЕС Online». — Просто работал, работал, меня пригласили, я обрадовался и согласился». Экспозиция получила называние «Хорошо!», в нее вошли картины как из одноименной серии, так и мрачные отражения 1990-х годов, а также созданные в этом году «Булгарские миражи». По словам Миннахметова, он подбирал картины для выставки интуитивно: импровизировал на заданную тему, искал композиции, находил сюжеты, которые бы объединяли произведения из разных серий.

90-е годы — мрачное и тревожное настроение. «Вот на дыбы встали — лошадь ли, коровы, люди, трудно сказать. Это годы, когда жизнь перевернулась, и у меня внутри было такое. Но что это? Ощущение, а конкретно трудно сказать», — описывает Миннахметов полотно 1991 года под названием «Елабуга», которое отсылает и к Френсису Бэкону, и к работам абстрактных сюрреалистов.

По идейной направленности творчество Миннахметова можно определить как экспрессионистское — во главу угла он всегда ставит отображение своих эмоций, ощущений. В этом смысле характерно, что он полностью посвятил себя творчеству в переломные 90-е, ведь именно экспрессионизм в XX веке стал ответом на мировые катаклизмы, атмосферу неопределенности и тревожности. При этом его стиль не ограничивается одним направлением: в работах Миннахметова можно найти черты и сюрреализма, и примитивизма, а некоторые относят его творчество к этнофутуризму. «Стиль довольно сложный, много направлений перемешано, — соглашается художник и друг Миннахметова Александр Иншаков. — Но все-таки главное в искусстве — точка зрения самого художника, его чувства. Фешин говорил, что надо дойти до такой грани в картине, чтобы зритель думал, что художник сейчас вернется и что-то доделает, не надо все рассказывать. Зиннур как раз эту грань нашел. Каждый будет по-своему воспринимать его работы, и поэтому он привлекателен для зрителя, у каждого возникнут свои ассоциации». Например, с татарской культурой — художник Фарида Хасьянова отмечает: «Несмотря на то что язык Миннахметов выбрал понятный всему мировому сообществу, тем не менее он татарин». Ей вторит и коллега Мадьяр Хазиев: «Работы по цвету, по колориту очень национальные. Я его считаю национальным, нашим художником».

Как сам художник определяет свой стиль? «Ориентира нет, есть совершенство, — считает Миннахметов. — Художники ничего нового не придумывают, все уже сказано, Библия написана. 15 лет я рисовал коз — бородатых и так далее. Рисовал, включал в композиции и довел до совершенства. А потом это совершенство я увидел на скалах художников до нашей эры. То есть мы уже никогда ничего не придумаем. Единственное — какие-то ощущения могут стать новизной».

«ЗИННУР ДЛЯ МЕНЯ — ВЕЧНОЕ ЯВЛЕНИЕ»

Миннахметов родился в 1947 году, в 1972-м окончил Казанское художественное училище и сразу стал инициатором создания в Елабуге первой художественной школы. Сначала дети учились искусству в актовом зале музыкальной школы, но уже через год они переехали в здание горбольницы, построенное в 1840-м, — сейчас это памятник культуры республиканского значения. Как пишет преподаватель истории искусств Зиля Нигамаева, поначалу помещение, где отсутствовали все блага цивилизации, приходилось делить с санэпидемстанцией. Но и в такой атмосфере Миннахметову удавалось мотивировать учеников на творчество — он устраивал с ними кукольные спектакли, этнографические экспедиции. С 1972 года количество учеников школы увеличилось с 10 до 322, здание XIX века реконструировали и добавили пристрой, открыли два филиала — в густонаселенном районе Елабуги и селе Танайка. А начиналось все с 10-летнего руководства школой Миннахметовым.

Миннахметов родился в 1947 году, в 1972-м окончил Казанское художественное училище и сразу стал инициатором создания в Елабуге первой художественной школы

Как художник признается сам, позже он понял, что не может совмещать преподавание с творчеством: «У меня другой работы нет. Вот люди еще преподают, а я не могу этого делать. Я раньше работал преподавателем, ушел, потому что понял, что уже не даю детям то, что нужно. Художник, который находится в процессе творчества, может передавать свои мысли детям, а они чистый лист, им надо давать что-то другое». Миннахметова-художника открыли Казани, а затем и России известные искусствоведы Розалина Шагеева и Вера Цой. За этим последовала персональная выставка в НКЦ «Казань», откуда картины Миннахметова попали в музейные фонды и частные коллекции.

«Зиннур для меня — вечное явление, явление международного уровня, — восхищается художник Фарид Валиуллин. — А «Хазине» — единственный, наверное, зал, где можно действительно говорить о креативности и откуда есть возможность выйти на серьезный уровень». 

Как Миннахметов оценивает перспективы современного искусства? Вполне оптимистично: «Пока человек живой, голова работает, мысль не остановить. Некоторые говорят, мол, все уже сказано, и сидят, ничего не делают. Это показушность, игра, лентяйство. У меня тоже такое было — впритык, в стенку, уже все сделал, что мог. Но потом заставляю себя работать, через полгода восстанавливаюсь и прихожу к какой-то идее. Пока жизнь идет, мысль бесконечна, можно совершенствовать. Может быть, нужно все начать по новой, зайти с совершенно другими идеями».

Что ж, судя по вдохновленным глазам посетителей выставки, среди которых были и студенты художественного училища, на новые идеи вполне можно рассчитывать.